Глава широким шагом подошел к Всеволоду и одним движением крепко обнял его. Казалось, что бедолага потерялся в объятиях высокого старика.

Еще два шага и глава обнял Варвару.

— Благодарю- сказал он и также широким, но бодрым шагом ушел за пределы толпы.

* * *

Народ долго не мог успокоиться, многие подходили с супружеской паре и выражали свои искренние чувства.

Мы уже сидели возле костра, а Всеволод все еще никак не мог присоединиться к нам, пока его не увела Варя и буквально за руку не оттащила в нашу компанию.

— Варя-я-я, я восхищен твоим голосом. Буду откровенен- не ожидал.

Варя усмехнулась:

— Я же не всегда такая была- она в воздухе провела рукой по телу.

— Когда-то у меня были и мечты, и планы. Не смотрите, что я деревенская- и пением занималась, и в клубе пела, да и видом парней привлекала. Уже и дочка родилась, а все не оставляла свою мечту на сцене выступать. Да только все закончилось, так и не начавшись, одним темным вечером- она замолчала.

Всеволод взял ее руку и крепко сжал.

— Трое их было, да куда мне с ними справиться. Домой еле приползла, чуть живая. Они же мне душу тогда растоптали. Муж под шумок слинял, зачем мне пользованная, говорит. Значит, мол, хвостом крутила, или сама даю всем подряд. Пользованная-она горько усмехнулась.

— Я мужиков всех ненавидеть стала. И жрать стала. Жрала и толстела, толстела и жрала. Как вспомню- внутри ныть начинает и рука к еде тянется. Наверно хотела спрятаться от взглядов, чтобы даже мысли не возникало подходить ко мне. У меня получилось- усмехнулась она.

— Дочь выросла и осталась я одна. Я ведь еще тогда поняла, что не нужно мне такое будущее, где все на меня глазеют. Петь бросила и о муже уже не думала. И Всеволода поначалу турнула, да видно удалось ему увидеть во мне нечто большее.

— Оттаяла потихоньку. Пела только с ним и только дома, чтоб никто не слышал. А потом сюда попали, охрипла-она чуть улыбнулась.

— Всеволод уговорил меня спеть сегодня, боялась, жуть прямо.

Она посмотрела на супруга.

— Спасибо. Я сегодня родилась заново. И… — на глазах начали наворачиваться слезы.

— Ну что ты, голуба моя- Всеволод вскочил, обнял ее голову и прижал к себе, вернее сам прижался где- то в районе живота супруги.

— Офигеть- прошептал Толик.