«Черт, черт, черт! Чертов Вальних! Он задумал это с самого начала».

Орланко, не чуждый политическому театру, сразу распознал руку мастера.

«Если бы принцесса покинула покои, меня должны были известить об этом незамедлительно».

Однако он явно недооценил влиятельность Вальниха.

Четверо солдат Норелдрайского Серого полка чеканным шагом вошли в залу и, вытянувшись, замерли с двух сторон от двери. Усилием воли герцог придал лицу глубокомысленное выражение и невозмутимо выпрямился в кресле. Что ж, придется потерпеть этот фарс. Пока.

Расиния казалась еще более миниатюрной и хрупкой, чем обычно. Изысканный серый шелк и черное кружево обволакивали ее фигурку, бахрома жемчуга ритмично постукивала при каждом шаге. Заметно было, что она изо всех сил старается выглядеть королевой, но девическая хрупкость и юное личико сводили все эти усилия на нет.

Герцог спрятал усмешку. «Ну же, голубушка, исполняй свою роль. Вот только не стоит забывать, кто здесь главный». Народ Вордана не потерпит королевы, которая заключила сделку с демоном, а устроить публичное разоблачение, буде таковое понадобится, легче легкого.

— Орланко, — проговорила Расиния, коротко кивнув в знак приветствия. — Господа министры, высокочтимые гости. Прискорбно, что мы принуждены в этот час траура отвлечься на государственные дела, однако серьезность положения не допускает проволочек.

— Истинная правда, ваше величество, — склонил голову Орланко. — Мы как раз обсуждали, какие меры надлежит предпринять. Граф Торан предложил направить на подавление бунта армию.

— Нет.

Краткий ответ ясным эхом отдался во всех углах залы, и придворные, до сих пор шептавшиеся, тотчас смолкли.

Граф Торан откашлялся.

— Со всем почтением к вашему величеству, я все же считаю, что у нас нет другого способа восстановить порядок.

— Четыре поколения сменились с тех пор, как по мостовым столицы в последний раз грохотали армейские сапоги, — жестко напомнила Расиния. — Я не допущу, чтобы мое правление началось с нарушения этой славной традиции.

— Кроме того, — вполголоса добавил Вальних, — королевская армия набирается по большей части из таких же бедолаг, как те, кто сейчас вышел на улицы. Кто поручится, что солдаты попросту не присоединятся к мятежной толпе?

Торан подскочил как ужаленный.

Мои солдаты абсолютно надежны и верны престолу! Вам, офицеру, следовало бы стыдиться подобных…

Расиния предостерегающе вскинула руку.

— Прошу вас, — сказала она. — Граф Миеран имел в виду совсем другое. Люди, о которых он говорит, — не иноземцы, не еретики и даже не мятежники, а добрые граждане Вордана, и они выражают вполне оправданное недовольство. Всякий, будь хоть трижды верноподданный, может усомниться, вправе ли он выступить против них.