Страшная мысль поразила его, как громом. Возможно ли, чтобы Вальних и сам был одержим демоном? Понтифик Черного в последнем их разговоре намекал на такую вероятность. Тогда Орланко счел это неправдоподобным — но если Вальних и впрямь отыскал Тысячу Имен и впустил в свое тело ужасного обитателя преисподней…

Герцог замотал головой и неуклюже затопал по коридорам, не обращая ни малейшего внимания на аналитиков, что при виде его пугливо разбегались прочь. Наконец, уже задыхаясь и одышливо сопя, он толчком распахнул дверь своего кабинета и кое-как забрался за письменный стол. Едва оказавшись в кресле, он ударил ладонью по одной из кнопок — и тотчас вдалеке отозвался лихорадочный звон.

Крайние случаи, ох уж эти крайние случаи… Не у одного только Вальниха припрятаны козыри в рукаве.

Дверь со щелчком отворилась, и, бесшумно ступая, вошел Андреас. Черная шинель колыхалась за его плечами, словно оживший лоскут темноты.

— Как, черт побери, Вальних сумел явиться на заседание кабинета, если мне даже не сообщили, что он в Онлее?

— Уже выясняем, сэр. По-видимому, изрядное количество наших агентов находится у него под арестом.

— Что-о?!

— Миерантаи — охранники Вальниха — скрутили наших людей и заперли в его резиденции. Все было проделано без сучка без задоринки. Мы ни о чем даже не подозревали, пока не послали разузнать, что происходит.

Орланко одарил Андреаса убийственным взглядом, но тот даже бровью не повел.

Разумеется, сэр, это означает, что наша система связи оказалась раскрыта. Вальних достоверно знал, кто именно к нему приставлен.

— Понимаю, черт возьми!

Кое-кто за это поплатится. Бледнолицые аналитики, что обитали в недрах Паутины и днями напролет копировали шифровальные книги, заверяли герцога, что головой отвечают за абсолютную надежность шифров. Что ж, посмотрим, насколько надежно держатся на плечах их головы! Ну да с этим придется подождать.

Вальних сумел упредить нас, а мы сейчас не можем себе позволить отыгрываться по очкам. Я хочу, чтобы ты поднял по тревоге Особую службу.

Если под невозмутимой маской и промелькнули какие-то чувства, они себя никак не проявили. Андреас поклонился:

— Слушаюсь, сэр.

Орланко скривился так, словно по недосмотру разжевал какую-то дрянь, и в упор воззрился на своего ручного убийцу. И вздохнул:

— Что ж, ладно. Теперь будем действовать по-твоему.

Ионково

Ионково