Королеву смешанной толпой окружали придворные и армейские офицеры; первые — в роскошных, кричаще ярких нарядах, вторые — в парадных мундирах, расшитых золотом и серебром. Толпа, впрочем, была пока невелика. Сразу же после победы выпустили обращения, в которых вельмож и командиров всех армейских полков призывали явиться для принесения присяги повой королеве и Генеральным штатам, однако на призыв откликнулись немногие. Прибыли — передав формальные отговорки других членов семьи — некоторые дворяне, по большей части младшие сыновья и дочери, но лишь отдельные графы и почти ни одного полковника. Их устрашала риторика Генеральных штатов, и, несмотря на победу королевы, они не торопились ей присягать. Аристократия всегда превыше других обязательств почитала сохранение рода. Внявшие воззванию офицеры были молодыми капитанами и лейтенантами — они прошли через военную академию и горели желанием бросить вызов своим более родовитым сослуживцам.

Никто из них, впрочем, не спешил виться вокруг нового министра военных дел. К нему подходили с формальными поздравлениями, но Маркус подозревал, что большинство офицеров надеялось склонить королеву заменить провинциального дворянчика одним из них. В конце концов, говорили они друг другу, этому выскочке просто повезло, что его полк в критическую минуту оказался под рукой. Что до Хандара — потрепать шайку-другую серокожих не такой уж и подвиг, верно?

Маркусу было почти жаль этих людей. Королева определенно куда умней и гораздо упрямей, чем они полагают. И кроме того, Маркус, всю минувшую неделю проработав с Янусом над набросками его планов преобразования королевской армии, совершенно точно знал, что их привычный мир вот-вот перевернется с ног на голову.

— Сэр, — сказал он вслух, — можно задать вам вопрос?

— Безусловно, полковник.

На мгновение Маркус едва не оглянулся — посмотреть, к кому обращается Янус. И неловко коснулся серебряных орлов на своих плечах, словно желая убедиться, что они никуда не исчезли.

Я думаю, что разобрался почти во всех ваших решениях в том бою. Гениальная идея — использовать добровольцев как подвижный стрелковый заслон.

— Я рассчитал, что эта тактика собьет противника с толку, — пояснил Янус. — Подобный прием, если помните, применяли против нас десолтаи, и они, безусловно, причинили мне немало хлопот.

— И вы знали, что враг рано или поздно вынужден будет пожертвовать своей кавалерией.

— Именно так. Орланко чрезвычайно не повезло, что в его распоряжении оказался только полк тяжелой конницы. Пара эскадронов гусар или драгун куда больше подошла бы для выполнения этой задачи.