Восемь Антидот порадовался, что Четыре Крокус с такой серьезностью относится к работе. Он хотел бы, в свою очередь, сделать что-нибудь для нее – дать ей рекомендацию. Может быть, ему это удастся, когда он станет императором, если она все еще будет его помнить. Послание – его приказ – должно уйти как можно скорее. Даже если это означало, что он должен провести мучительные десять минут под наблюдением Тринадцать Мюон, которая явно не сталкивалась с детьми с тех пор, как сама перестала быть ребенком, и думала, что все дети интересуются главным образом звездами гандбола или музыкальными звездами, которые давали концерты, собиравшие целые толпы и вызывающие у детей громкие вопли. Восемь Антидот был в равной степени безразличен и к тому и к другому.

В конечном счете, мучительно страдая от ожидания и будучи уверен, что в любой момент кто-нибудь приведет в действие взрывное устройство или придет за ним, чтобы вернуть его во дворец, словно в тюрьму, он спросил, чем занимается Тринадцать Мюон во Втором легионе. Это оказалось облегчением для них обоих. Тринадцать Мюон была инженером и бо́льшую часть своего рабочего времени искала новые улучшенные технологии для ремонта корпусов космических кораблей. Восемь Антидот совершенно ничего не знал о ручных микродвигателях для точной навигации в условиях нулевой гравитации, а это означало, что он может по-настоящему сосредоточиться, не вылезая из кожи вон от нетерпения. Приходилось слушать внимательно, если у него было желание хоть что-то понять из слов Тринадцать Мюон.

Но когда Четыре Крокус наконец вернулась, он резко оборвал собеседницу.

– Мне нужно войти внутрь, – сказал он. – Мне нужно побывать в осколочном сетевосприятии, пилот Четыре Крокус. – А потом, чувствуя, что краснеет от необходимости просить обо всем, он добавил: – Мне нужно, чтобы вы показали мне, как это сделать.

Четыре Крокус посмотрела на Тринадцать Мюон, потом снова на него.

– Вы уверены? – спросила она. – Это гораздо проще, чем вы думаете, но гораздо хуже, чем может казаться.

– Он всего лишь ребенок, Четыре Крокус, даже если он – тот, за кого себя выдает. Ты прилетела в Жемчужину Мира в отпуск и пригласила меня напиться вдрызг из-за того, что, по твоим же словам, случилось с тобой, когда ты в последний раз входила в осколочное сетевосприятие, а теперь собираешься подвергнуть тому же испытанию этого парнишку? – спросила Тринадцать Мюон. У Восемь Антидота совсем, абсолютно не было времени выслушивать какие-то рассуждения взрослых о том, хорошо ли это будет для него или нет. Или о чем там они спорили? Он толком не понял, да и не хотел понимать.