– Всего лишь три сотни против пяти сотен Вестенхольца, и это гарнизонные сидельцы, а не лучшие воины Императора. Но с ними небольшой отряд кавалерии, и, хвала судьбе – или Неме, – они достаточно близко, чтобы помочь.

– Зачем барон Хангмар вообще идет на запад?

– Он собирается расположиться в Гормогоне на случай, если в Денхольце потребуется подкрепление. – Сенатор небрежно отмахнулся. – Там не то язычники восстали, не то еще что-то случилось – кто знает? В наши дни этих восстаний так много. Важно лишь то, что его войска можно выделить вам. Я отправил им вслед всадника на самой скорой лошади – жаль, у меня нет способностей Правосудия Августы, иначе я бы отправил птичку. Как бы там ни было, я уверен, что мой слуга к ним поспеет – если уже не поспел. С попутным ветром и каплей удачи Хангмар доберется до Долины за день или два.

– Если они не подойдут к городу за два дня, то мне будет все равно, близко они или в Гвородской степи, – сказал Вонвальт.

– Вы же знаете, как говорят: на безрыбье… Я хотел и сам заявиться в Долину, подраться с вашими бунтарями, но вы, честно говоря, не очень-то стараетесь привлечь меня на свою сторону.

Вонвальт вздохнул и сделал большой глоток вина.

– Простите, Тимотеус. Я веду себя… чрезвычайно неблагодарно. Мне нет оправдания.

Сенатор, похоже, без труда принял его извинения.

– Как же хорошо, что вы – мой старый друг, иначе я мог бы и обидеться на ваш дурной тон, – иронично сказал он. – Как бы там ни было, надеюсь, этого хватит, чтобы что-то изменить. Возможно, Вестенхольц испугается и повернет назад.

– Не знаю, – с сомнением сказал Вонвальт. – Он действует так, словно совершенно уверен в прочности своего положения.

– В Сове у него множество союзников; уж в этом можете не сомневаться. Вы хотя бы знаете, что он затевает?

– Я предполагаю, что мои действия в Долине Гейл лишили его части денег, которые он и Клавер получали с помощью своих махинаций. Я, конечно же, не намеревался этого делать, но доволен, что так вышло.

– И что это за махинации?

– Из городской казны незаконно изымались деньги, которые затем передавались злоумышленникам в монастыре и через них в конце концов попадали в руки храмовников. Дело такое же запутанное и сложное, как и все, что происходит в Сове. Будь у меня побольше времени, я бы рассказал вам подробности.

Янсен отмахнулся от него.

– В таком случае я рад, что у вас нет времени.

Вонвальт вопреки самому себе рассмеялся.

– А что же вы? Как так вышло, что вы оказались столь далеко от Совы? Неужели Император пожаловал вам губернаторство где-нибудь на севере Хаунерсхайма?