Большой занимали несколько зданий, в том числе и купол, накрывающий сферу со спрятанным ИР, реанимированным ныне Котом, спокойным, степенным, очень воспитанным. Огромным полосатым увальнем плохенькой голограммы он расхаживал по всем помещениям, почему-то распевая песни про моря и океаны.

Был ещё один остров, маленький, совсем крошечный, на другом конце озера, куда можно было добраться только на лодках. Аккуратный ухоженный сад из небольших ив, каштанов и цветов — первенцев, сознанных эволэками, растений, способных жить за счёт минимума очень солёной воды, да ещё и в очень специфической по составу почве. Тут же, в тени деревьев, предтеча Аллеи Памяти: пять девушек, и трое юношей, первые герои, сложившие головы на трудном и опасном пути.

В те стародавние времена не было ещё таких названий, ИБиС, Эволэк, Куратор, Океанес, Пробой, Эхо, ничего не было, только первые попытки понять, что это за мощное течение невидимых миров и энергий, и что оно сулит, благо, или погибель? Пагодов, после трагедии на Хонсю, выкупил на собственные деньги эти бесплодные, никому не нужные земли за гроши. С кучкой таких же одержимых фанатиков, он построил этот комплекс, выуживая необходимые средства откуда только было возможно, буквально побираясь по друзьям и знакомым, например, небезызвестные в их касте семьи Гредякина и Никольского «скинулись» и подарили чудаковатому профессору ИР, прямо на юбилей, на семидесяти пятилетье. И у них получилось.

Элан едва заметно склонил голову, когда грузовик, на сидении которого он, собственно, и проделал весь путь, въехал на мост, оставив слева от себя небольшой памятник с бюстами по-настоящему великих людей, сжав зубы так, что заиграли желваки.

— Что с тобой? — Мирра толкнула своего друга в плечо.

Тот ответил не сразу:

— Когда я безусым стажёром впервые оказался в этих негостеприимных местах на экскурсии, то испытал массу непередаваемых чувств: трепет, гордость от осознания того, что меня, середнячка, допустили в святыню, где зародилась наша каста.

Длинный мост на просоленных насквозь понтонах ощутимо покачивался под медленно ползущей между красными огнями ограждения машиной, указывающими путь к острову света и цивилизации в безжизненной пустыне.

— Второй раз я тут был после Еноселизы. Уже не человек, сделавший немало для своих друзей и Человечества, гордый от осознания, что подвиг основателей не пропал даром. А теперь мне стыдно — мы всё зас…и!

— Да, уж, — протянула бойцовская рыбка. — Чрезвычайный Уполномоченный Комиссар Федерации уже прибыл на вспомогательном крейсере «Миоко». «Полярную Звезду» опечатали, на планету наложен карантин, два стартовавших без разрешения частных звездолёта сбиты в безвоздушном пространстве, погибло восемьдесят пять человек.