Беспилотный разведчик лёг на нужный курс, снизил скорость до возможного минимума, и, подчиняясь приказу Аммы, направил оптику и радар в одну точку.

Все офицеры и чиновники ахнули, когда наложенные одно на другое изображения показали, словно закрытое маревом, тело гигантского существа. Трудно различимое даже сейчас, оно, тем не менее, выдавало себя именно так, как и сказали учёные. Электромагнитные волны, очевидно, отражались во все стороны от живой громадины, и получался контур туловища, шеи, огромного хвоста, исполинских конечностей, сигнал не возвращался к самолёту, и из мирного на взгляд пейзажа, пропал участок леса, загороженный Королевой, хотя оптические приборы его показывали!

— Почему вы раньше не применили этот метод?! — возмутилась находящаяся на связи Императрица. — Зачем весь этот цирк с самолётами и пробными атаками?!

— Это не цирк, — уже обиделась Полякова. — Данный метод действительно разрешает проблему обнаружения самок пришельцев, и мы его придумали до того, как лететь в Смоленск — это так. Но чтобы применить его на практике, надо знать положение самки хотя бы с точность плюс-минус километр! Иначе можно хоть год кружить у неё над головой, и не найти.

Анна Сергеевна остыла, понимая свою неправоту, и обратилась к командующему:

— Геннадий Алексеевич, срочно организуйте доставку команды ИБиСа к месту с соответствующим нарядом сил. Нам это создание жизненно важно доставить для изучения в максимально целом виде. Для её убийства примените только то оружие, которое не нанесёт больших повреждений.

Тут же владычица обратила взгляд на учёных:

— Элан! У вас в распоряжении есть средства для транспортировки?

— Нет, Ваше Величество, — честно признался кицунэ. — Оно ещё больше, чем мы ожидали. Нужен вертолёт М-26 с контейнером, только он донесёт такую громадину до аэропорта Смоленска, где мы её погрузим в «Стрелу».

— Вы его получите…

Аврора уже немного приподнялась над горизонтом, освещая ровные шеренги полка, играя бликами на стёклах кабин десятков вертолётов. Командир подразделения, полковник Кулик Роман Александрович, настоящий батя, которого, судя по-настоящему трепету, что охватил ровные ряды, солдаты и офицеры просто боготворили, обвёл своих бойцов суровым взглядом:

— Мои братья по оружию! Мои сыновья! Нам выпала честь не просто сражаться с врагом, а вырвать его поганое сердце! Бой будет страшным — за свою Королеву эти выродки будут сражаться до последнего бойца!

Секундная пауза, ещё больше суровой сосредоточенности на лице полковника, что, словно рентгеном, просвечивает каждого солдата и офицера: