— Нужно сменить машину, — сказал мой попутчик, — эту уже приметили, да и маячок могли прицепить. С айфонами тоже придется расстаться, жаль. Давай одежду тоже осмотрим, чем черт не шутит, могли ведь и на нее всякую дрянь нацепить.

Поэтому, как только доехали до дорожного кармана, сразу стали осматривать и прощупывать одежду. Беглый осмотр — жучков нет.

— Кажется, оторвались. Доедем до ближайшего города, арендуем другую машину и купим одноразовые телефоны, а эти придется выбросить.

Я кивнула. Айфон последней модели жалко, но этот аппарат определяет локацию, поэтому хочешь — не хочешь, а надо с ним расстаться.

Городок, куда мы свернули с трассы, следуя указателям, и где рассчитывали сменить машину, еще не проснулся. От телефонов мы избавились, просто выкинули их на ходу. Лишенные связи, как слепые тыркались по улицам в поисках гаража, где можно было арендовать машину. На улицах — ни человечка, спросить не у кого. Наконец увидели гараж, на стене которого было написано, что там сдают в аренду автомобили. В ожидании пока он откроется, Андрей предложил найти кафе и позавтракать. Кафе было неподалеку, практически напротив гаража, в этот ранний час оно обслуживало работяг, спешащих на работу.

И вот, мы стоим, как говорится, "посреди неизвестно где", разминаем затекшие конечности. Погода, по мере продвижения на юг, становилась все теплее, и, судя по всему, день обещал быть солнечным. Мы вдыхали свежий воздух провинции, наслаждаясь ранним утром. Что этот день нам готовит? Кто знает. На хвосте висят бандиты, кузен не отвечает ни на один звонок и где проклятая флэшка — неизвестно.

А утро было прелестным. В тишине, не нарушаемой звуками, к которым я так привыкла в мегаполисе, слышалось пение птиц. Городок еще не проснулся окончательно, но уже появился дымок из туб и запах каминов придавал еще больше уюта утренней атмосфере. Одно- и двухэтажные домики, чисто выметенные тротуары, живые изгороди и клумбы с ранними примаверами. Где-то, совершенно по-деревенски, слышались крики петухов.

— Господи, хорошо-то как! — я стояла возле машины и сладко потягивалась. — Андрей, а тебе никогда не хотелось жить вот в таком тихом чистеньком местечке, где по утрам птички поют, а соседи все знакомы и все друг с другом здороваются? Нет? А мне иногда хочется. Так спокойно здесь.

— Не-а, Сашуль, никогда. Я — городской. Даже, когда жил в Ницце, иногда так хотелось уехать в большой город. Не смогу долго жить без шума, бензиновой вони, скорости, высоток. Нет, я не представляю себя среди грядок.

В раннем кафе мы заказали по большой кружке какао и круассаны. Семейное заведение было типичным для этого региона. На окошках кружевные занавесочки, над каждым столиком висят светильники с кружевными абажурами, темная дубовая стойка с медной столешницей, натертой до горячего блеска и старые фарфоровые помпы для пива. У стойки пьют кофе мужчины-работяги, это чисто французский ритуал. Практически везде, по всей стране новое утро начинается в кафе за чашечной экспрессо.