Он прощупал кинжалы. Он знал язык смерти. Кинжалы сказали, что Нита Кван точно намеревается его убить, а вот Анеас не так уверен.

— Колдовством меня не удержать.

— Еще одна причина с тобой покончить, — решил Нита Кван.

— Сдавайся и впусти меня, — сказал Анеас, — или…

— Ты напал на меня с помощью ведьминой погибели! Ты думаешь, я тебе поверю?

— Если хочешь жить, поверишь, — отрезал Нита Кван.

Сущность сдалась. Анеас внезапно оказался в пустоте. Тут не было Дворца, не было цветов, не было…

— Черт бы вас, Мурьенов, побрал, — сказал мастер Смит. — Я просто одолжил у него… нее… тело.

— Пресвятая Троица…

— Послушай меня. Я не могу позволить Эшу узнать, что я жив. У меня нет сил… ни на что. Смотрит на Облака в безопасности. А если мы сможем захватить остров Шипа в Нагорном озере, у меня будет сила вернуться. Прошу тебя, Анеас. Я не…

— Можно было нам сказать.

Гас-а-хо воспользовался связью с Анеасом и вынырнул из его пруда — голова его снова стала совиной. Потом он потянулся обратно, и из пруда восстала Ирина в роскошной, расшитой золотом мантии императрицы людей, а потом Нита Кван, темнокожий мужчина в бурой льняной рубахе с великолепным красным поясом и штанах из оленьей кожи. Он ошеломленно огляделся.

— Это волшебное место?

— А это дракон, — сказал Анеас.

— Другой дракон, — пояснил Гас-а-хо, — мастер Смит.

Худощавый чернобородый мужчина поклонился.

— Ты шаман Гас-а-хо? Кажется, мы встречались.

— А это Ирина, принцесса империи, — представил Анеас, — и Нита Кван, вождь сэссагов.

— Я знаю Ирину. Зачем ты привел этих людей? У них нет силы.

— Чтобы судить тебя, — сказал Гас-а-хо.