Он дошел до середины склона.

На вершине что-то появилось. Огромное, угольно-черное, похожее на вороненые доспехи.

И еще одно.

Первая тварь выпустила стрелу черного огня.

Анеас отбил ее и сделал еще один шаг вперед.

Гас-а-хо поднял олений рог, и одна из фигур в черных доспехах пошатнулась от удара невидимого оленя. Селия выпустила стрелу, но в нее попал ответный болт. Ее рука почернела, а затем девушка растворилась в воздухе. От нее ничего не осталось. Легкий ветерок развеял черный порошок. Анеас сделал еще один шаг вперед. Это становилось невозможным: гора была слишком крута, а сила врага — слишком велика для смертных. Пятой части его людей уже не было, а до вершины оставалось тридцать шагов.

И он шел вперед через волну страха, неуверенности и ужаса, его грызли сомнения и ненависть к себе. Гас-а-хо и одна из черных фигур обменивались заклинаниями с почти нечеловеческой скоростью. Руки в черной броне зачерпнули сырую силу и швырнули ее, не придавая ей никакой формы, а шаман отбросил ее назад, будто был зеркалом.

Нита Кван остановился на мгновение и выпустил стрелу, не целясь. Вечная стрела ударила одетую в черную броню фигуру под левую руку, прервав заклинание, и глубоко вошла в тело. Заколдованный каменный наконечник впился в деревянную плоть. Ритм заклинаний прервался, две контратаки Гас-а-хо попали в цель, и черный пошатнулся и упал.

Выжившие нестройно закричали и ринулись вверх. Залп боглинских стрел убил одну женщину, но первым рядам оставалось всего несколько шагов до вершины, где горстка боглинов стояла вокруг трех бронированных фигур и упыря. Его доспехи из бледной слоновой кости горели пурпурно-белым огнем.

Ричард Ланторн выпустил тяжелую стрелу в одну из черных фигур всего с нескольких ярдов и получил боглинскую стрелу в живот. Он упал, Тессен прошла мимо него и за три шага успела выстрелить три раза, снимая боглинов одного за другим. Льюин и Лебедь — с мечом в руке — тоже прошли мимо. Черная рука перехватила клинок Лебедь, он раскололся, и она упала, давясь криком. Ее правая рука высохла, и кости отваливались от культи, пока она кричала.

Виверна Сизенхаг промелькнула над деревьями и бросилась на ближайшую фигуру в черной броне. Она была быстра, так что у черного не оставалось ни единого шанса. Когти сомкнулись, разорвали тело надвое и зашвырнули далеко в озеро, как будто огромная скопа схватила рака, а потом отбросила панцирь. Еще две виверны погнались за боглинами, хватали их и поедали на лету.

Анеас посмотрел в ту сторону и увидел поверхность озера — спокойную черную воду, потревоженную только кончиком крыла Сизенхаг и рябью, оставшейся после ее добычи. Узенькая полоса воды отделяла остров от берега.