— Черт, — сказал Типпит. — И когда ваши врата открываются?

Смок огляделся. Никто не должен был знать.

Длинный Сэм пожал плечами.

— Где-то после пяти, что ли.

— Ага, как к заутрене прозвонят вроде, — согласился Симкин.

— Пресвятая Дева, откуда вы все знаете? — с отвращением спросил Безголовый.

Типпит посмотрел на солнце.

— Ну, давайте прикинем, ребята. Врата, если они вообще откроются, откроются к заутрене. Значит, капитан велит вставать пораньше. А на этом параде мы еще час проторчим, не меньше.

— Твою мать, — пробормотал Смок, понимая, к чему все идет.

— Нам дадут пожрать как следует, потому что перед дракой мы всегда едим мясо, — продолжил Типпит.

— Черт, — снова сказал Смок.

— А потом капитан, или Плохиш Том, или Изюминка заявятся к нам и велят ложиться ради нашего же блага, — с удовольствием сказал Типпит, — потому что, если врата откроются к заутрени, Том Лаклан захочет, чтобы мы собрались и поседлались к тому моменту, как часы на соборе пробьют три.

— Черт, — повторил Смок. — Ну да, ты прав.

— И денег не дают, — с отвращением сказал Типпит. — Придется черт знает куда лезть ради денег.

«Попомните мои слова». Смок дернулся, все принялись оглядываться.

— Будь он проклят, — пробормотал Длинный Сэм.

— Сэм, ну тебе ли не знать, что Уилфул был слишком злым, чтобы оставаться мертвым. — Робин Хасти пожал плечами и перекрестился. — Я ничего дурного сказать не хочу.

Сопля неуверенно поднял руку:

— Безголовый?