Или со страхом он просто смирился.

Еще десять шагов.

Сердце забилось очень быстро. Очень, очень быстро.

Впереди было… что-то.

Оно походило на завесу из звездного света. Было трудно оценить расстояние, но в центре виднелся небольшой столп, похожий на зуб великана. На… на…

Фейвор чуть не врезался в него.

Столп в стеклянном полу доходил ему примерно до пояса, а на нем лежала плоская табличка. За ним темнело ночное небо без звезд — глубокая иссиня-черная бездна.

Он положил руку на табличку и нащупал замочную скважину.

— Твою мать, — сказал он.

Он повернулся и вдруг понял, как глубоко успел зайти в пещеру. Вход в нее горел вдалеке, как устье печи, как раскаленный добела глаз. Он повернулся и пошел назад как можно скорее.

Длинная Лапища подъехал к пролому и пожал руку Криакс. Она уже сидела в седле.

— Плохо? — спросил он.

Она молча пожала плечами.

Безголовый уже осматривал брешь. Остальные тоже подъезжали, строились в ряд, спешивались. Пехотинцы немедленно развернулись к краям дороги. Каждый лучник положил на тетиву по стреле, а еще пять заткнул за пояс.

— Жарко, как в заднице, — сказал кто-то.

Лошади в ужасе закатывали глаза, но повозки все же подъехали.

— Напоите лошадей, — приказал Длинная Лапища.

Мортирмир спешился и подошел к краю.

— Сэр Роберт? — спросил он.