– С вами.

– Мун, ты не можешь ее бросить. Ваш ребенок…

– Теперь здесь мой дом, Таиса. И мой сын, когда повзрослеет, будет знать, что его отец не дает в обиду тех, кто ему дорог. Ты и Люба – моя семья. Ариэль – моя любовь, а это место – наша светлая обитель. Они разнесут здесь все, если никого не обнаружат. – Он шагнул и сжал мое плечо. – Собирайся и иди будить сестру. Все будет хорошо.

Я действовала как во сне. Проснулась Любима, и я дала ей сок. Потом подняла Ариэль, и, хотя сестра изо всех сил старалась не показывать страха, я знала, что она в ужасе от предстоящего.

И уже на пороге, с сумками в руках, меня настигла чудовищная мысль

– Передатчик! О, боже! Мун, мне ведь ввели его в больнице! Все пропало…

– Эм… – он отчаянно поглядел мне в глаза. – Я могу попробовать достать его… Один раз у меня получилось…

Никогда еще не видела его таким растерянным.

– Нет. Летите без меня.

– Мама? – заволновалась Любима.

Я взяла ее на руки и крепко обняла.

– Я позже к тебе приеду, лисенок. Ты сейчас отправишься на красивое голубое озеро и там побудешь с тетей Ариэль, хорошо? Там стрекозы, и большие цветные бабочки, и много цветов. Хочешь посмотреть?

– Да… – неуверенно сказала дочка. – А ти сколо пидёшь?

– Да. Мне нужно ненадолго остаться.

– А папа када плиедеть?

Это был стандартный ежедневный вопрос, и я ответила как всегда:

– Нескоро, малышка. Он много работает.

Любима вздохнула. Она постоянно целовала изображение папы на экране. Первое время я пробовала это запрещать, потом перестала. Хорошо, что он был у нее хотя бы так, ведь за эти месяцы я успела понять: полагаться нужно только на себя и на тех, кто рядом. И в этой ситуации ждать чуда не следует – Бьёрн не придет и не спасет нас.

– Теперь иди к дяде Муну и слушайся его во всем. Вот твоя ляля, потом расскажешь мне, как вы играли и что интересного видели.

Мун взял малышку на руки.