– Вы прямо как Бьёрн! – вырвалось у меня.

Эмро тепло улыбнулся.

– Наверное, мы похожи не только в этом. На самом деле Агата во многом превосходит Терру, и ее военная мощь велика, но лично я всегда выступал за объединение. Нам есть, что предложить друг другу.

– Это возможно? Неужели независимая и гордая Терра признает, что ей чего-то недостает?

Мужчина рассмеялся.

– Вы проницательны. Конечно, признать это будет трудно, да и представьте, что произойдет при слиянии культур. Агатам только женомужей не хватало для полного счастья…

– Кого?

– Многополых людей.

– Эм… Ясно. И что, много у вас таких?

– Всё больше. А еще есть технобраки, которые живут с роботами и уверяют, что любят их, мерканты, говорящие, что облик, данный от рождения – грех, и себя надо как можно сильнее изуродовать, то есть изменить… Вы не представляете даже, что может выдумать воспаленный «свободой» разум.

– Хотите сказать, агаты все адекватны и безгрешны? Такого быть не может.

– Скажу, что у них восемьдесят процентов населения живут по «природным» законам. Семьи вполне стандартные, нет столь явного подчинения моде, нет глобальной зависимости от Сети. Они никогда не лезут на чужие территории, предпочитая честность в отношениях с другими мирами. Это терронцы прилетают якобы знакомиться, а на самом деле помечают территорию. У Агаты своих пять планет, и все крупные, класса гигантов. Они богаты ископаемыми, но заселены негусто, хотя охраняются мастерски. Я вам больше скажу: наша разведка считает, что на Агате есть тайное оружие, способное саму Терру поработить.

– Неужели Терра кого-то боится?

– Именно. Но открытой стычки не будет, это никому не нужно. Миры продолжат швыряться камнями исподтишка, обвиняя друг друга в «недоразвитости». Вот только понимание этого слова у них разное.

– Вы говорите так, словно не на Терре родились.

– Моя мама была колонисткой.

Мне многое стало понятно, и симпатия к Шиару возросла. Все-таки Элиас умудрился сделать хоть что-то хорошее, прислав сюда этого настырного и справедливого терронца. Вот только мысли о Фроуди не давали мне спокойно спать по ночам. Куда он все-таки пропал? Врачи говорили, что память может ко мне вернуться, но она что-то не торопилась. По правде говоря, я боялась воспоминаний – а вдруг окажется, что я в порыве гнева всех незваный гостей убила и сбросила в Болотный овраг? К тому же прибавилась и еще одна проблема – не большая, а многочисленная.

Откуда-то стали появляться терронцы, желающие познакомиться. Они вежливо останавливали меня на улице, или встречали в магазине, а еще на набережной, где мы иногда гуляли с Любимой, и все как один предлагали свидания – причем не грубо, а с милой настойчивостью, и не развлечения ради, а чтобы создать семью. Ошарашенная происходящим, я даже не сразу пошла за разъяснениями к Муну, но, когда уже десятый мужчина (не абы какой, а вполне приятный и внешне, и по характеру) пригласил посидеть в кафе, не выдержала.