Определённо, хозяин комнаты обладал весьма специфичными вкусами.

Как такое увлечение сочеталось с множеством религиозных символов в кабинете — непонятно. И ладно бы это были символы тёмных богов или демонов! Но нет: вполне знакомые католические кресты. Купил индульгенцию, что ли?

— Извращенец, — фыркнул я глядя на возящегося со следующим сейфом бандита. Нет бы, как нормальный человек, коллекционировал головы врагов. Красивые девушки хороши в живом и не разобранном виде.

Хотя сильные и симпатичные марионетки тоже смотрелись бы вполне достойно.

* * *

«Мало», — заключил я, недовольно глядя на письменный стол, где временный миньон выложил довольно скромную кучку золотых монет и небольших брусочков, чуть больше моего указательного пальца. Рядом лежали пачки с бумажными деньгами и наборы украшений. Вместо того, чтобы протянуть руку помощи голодающим некроманси, негодяи, очевидно, предпочитали поддерживать имперскую банковскую систему. Что за подлецы!

Нет, тридцать четыре мерных слитка*, сто сорок две золотые монеты и две тысячи ауреев в ассигнациях, реальная стоимость которых раз в десять ниже номинальной, выходили приличной суммой, равняясь моему, в общем-то, неплохому содержанию более чем за десять с половиной лет. Но для главаря крупной банды это несерьёзно, максимум на оперативные расходы. От обладателя такого количества вооруженной недешёвым огнестрелом охраны и «скромного домика» я ожидал много большего.

/*— небольшой слиток 900-й пробы равен по стоимости десяти золотым и фактически является самой крупной монетой в обороте. В каноне Эсдес получила премию в размере десяти тысяч слитков, и я решил определить их стоимость такой. Больше как-то слишком жирно выйдет./

Блестяшки же выходили просто бесполезны. Золотые и платиновые украшения с крупными камнями, может, и стоили много дороже семисот монет, но сбыть их затруднительно. Даже с одним комплектом пришлось бы повозиться, а уж с семнадцатью… У меня и так один в сумке валяется.

Ей-ей, хоть бери и ювелирную лавку открывай!

Также прихватил пару автоматов. Штурмовая винтовка хорошо годилась для отстрела всякой мелочи. А что? Ускорился в десяток раз и, зажав спусковой крючок, отстреливай себе набегающее мясо, прямо как в тире. Лепота! Даже слабая марионетка уровня Ученика в случае чего сможет устроить вражеским солдатам веселье. Хотя, конечно, для этого ей нужно уметь стрелять.

Увы, обращаться с огнестрельным оружием мог далеко не каждый воин духа; многие, особенно выпускники Храмов боя, его презирали.

Впрочем, у менее зашореной публики автоматические винтовки, несмотря на высокую стоимость, пользовались популярностью. Особенно у низкоранговых воинов духа, служивших охраной влиятельных персон. Какой-нибудь Ученик, вооружённый автоматом, мог действовать с эффективностью не слишком сильного Адепта, если противостоял неодарённым.