— Крукс.

Она, кивнув, принялась печатать на компьютере, цокая при этом своим языком.

— Саймон?

— Да.

Раскрыв книгу на первой странице, она выдвинула ящик и достала какую-то штуку, с виду похожую на пистолет, которой спустя несколько секунд отсканировала титульную страницу.

Захлопнув ее, женщина протянула издание Саймону.

— Спасибо.

— Пожалуйста. Определенного срока сдачи нет, но всего на руках может быть не более четырех книг. Приятного чтения.

Кивнув, подросток вышел из библиотеки и направился в свою «временную комнату».

Его разбудили солнечные лучи, пробившиеся через оконное стекло и припекавшие кожу на лице.

Открыв глаза, Саймон зевнул и, принимая сидячее положение, обнаружил, что книга в раскрытом положении лежит у него на груди листами вниз. Подобрав с прикроватной тумбы кусок оторванной бумаги, подросток в качестве закладки воткнул его меж страницами и захлопнул книгу.

Осмотревшись, он понял, что проснулся самым первым. Не зная, что делать в таком случае, Саймон приподнял подушку, лег обратно, а после перевернулся на бок лицом к стенке и спустя несколько минут задремал.

Через час же его разбудили громкие голоса.

Поднявшись с постели, юноша, потирая глаза, залез по лестнице на второй ярус и разбудил Нику, изрядно вымотавшуюся за вчерашний, насыщенный событиями день. Заправляя постель, он наблюдал за тем, как подростки самых разных возрастов — от семнадцати и до восьми — по очереди заходят в туалетную комнату и, склонившись над небольшой раковиной, чистят зубы и умываются.

Своей щетки у Саймона не было — они улетели в утилизатор вместе с рюкзаком и остальным вещами — так что когда все кроме него и Ники закончили, подросток просто прополоскал рот и горло, а затем умылся и пригладил волосы, перед этим смочив их теплой водой.

Далее они вместе со своими соседями направились в столовую. Когда дети зашли внутрь, на столах уже стояли тарелки с дымящейся кашей, плоские тарелки с небольшими булочками, и подобные классические атрибуты завтрака в представлении любого человека. Да, это точно не тот детский дом, какие он видел в кинематографических фильмах у себя в бункере. Здесь больше было похоже не на приют, а на детский и подростковый санаторий рядом с морем.

Сидя почти у самого края правого стола, Саймон слушал бесконечную болтовню Шона, устроившегося рядом с ним и Никой.

«У этого парня явно словесная диарея», — усмехнувшись, думал подросток. Но это нисколько не убавляло в нем чувства симпатии, скорее даже преувеличивало.

Когда с завтраком было покончено, они втроем направились к выходу и столкнулись там с госпожой Тлиппер, шедшей в противоположную сторону.