— То есть скоро, — оскалился Одноглазый. У него на все была одна эмоция. Правда, сейчас его оскал выглядел особенно зловеще из-за человеческой крови вокруг рта.

— Тогда нам, может, пора уже наведаться в их общину? — предложила Балаболка. — Пусть отвлекутся на нас и скрасят свое ожидание.

Ахин остановился и посмотрел по сторонам. Когда он представлял себе наступление, путь по городу казался куда короче. Откровенно говоря, в этих местах он бывал очень редко, лишь когда слуга, разносящий счета феи-ростовщицы по мастерским людей, отлучался по какому-либо другому поручению, и одержимому приходилось подменять его.

«Но если припомнить карту и немного подумать, то…»

— Торговый квартал находится там, — Ахин указал на непримечательный переулок. — Примерно… Идите так, чтобы солнце светило вам в спину, а городская стена оставалась по левую руку, но не приближалась. Увидите одинаковые дома — вы на месте.

— Хорошо, — Балаболка «улыбнулась». — Мы выиграем вам немного времени. Как знать, вдруг эти минуты для кого-нибудь обернутся долгими годами счастливой жизни?.. Удачи, лидер.

Ахин кивнул, глядя вслед уходящей нежити. В его голове пустила гнилые корни мысль, что он только что отправил на смерть почти три десятка порождений Тьмы. На их вторую смерть, окончательную.

«Еще одна капля в океане жертв? Небольшая деталь, мелочь?.. — в черных глазах одержимого застыла картина опустевшей улицы. — Мелочи, все мы — лишь мелочи в механизме мира. Он вертится, крутится, стучит… иногда ломается. Как сейчас. И я иду его чинить, выбрасывая по пути лишние детали».

— Нам разве никуда не надо спешить? — проворчал Одноглазый, раздраженно почесывая шею и выковыривая ножом частички сухой кожи из-под расслоившихся темно-желтых ногтей. — Мы опять пропускаем все веселье.

Ахин молча повернулся и пошел вперед, постепенно ускоряя шаг. Вскоре он сорвался на бег. Одержимый пытался не думать ни о чем и просто бежал туда, откуда доносились воинственные вопли демонов и звуки боя. Но не от каждой тяжелой мысли можно убежать и спрятаться. С какими-то приходится бороться, с иными — жить.

Нежить последовала за лидером. Ожившие мертвецы передвигались стремительно и неестественно плавно, однако со временем они все равно растянулись по улице, растеряв последние претензии хотя бы на подобие боевого построения, так как не упускали возможности заглянуть в дома и проверить переулки, выискивая спрятавшихся людей, которые не успели убежать. И судя по тому, что численность отряда Одноглазого сократилась примерно на треть, кое-где они их все же находили. Дисциплины беглым рабам с кладбища явно не хватало. Впрочем, они изначально преследовали свои личные цели, присоединившись к Ахину.