– Я передумал, – заявил Фельгор после того, как один из канатов лопнул от напряжения. – Мне это ни капельки не нравится.

– А драконихе это не нравится еще больше, – сказал Бершад. – Но мы почти на месте. Осталось совсем чуть-чуть, вон до той опушки.

Серокрылая кочевница недовольно фыркнула, но потащила катапульту дальше.

На опушке Бершад похлопал дракониху по чешуйчатому боку:

– Молодец, все отлично сделала.

Кочевница остановилась, чтобы Бершад снял веревки с ее задних лап.

– Похоже, вы с ней сработались, – сказал Фельгор, предусмотрительно отходя подальше. – Прямо как с Альфонсо.

Бершад выпустил из рук веревку и тяжело вздохнул:

– Ага.

Фельгор сообразил, что ляпнул, не подумав:

– Ох, извини, я не хотел напоминать тебе о грустном.

– А ты и не напомнил, – ответил Бершад. – Я об этом ни на минуту не забываю, с самого Таггарстана. Но сегодня Валлен Вергун заплатит за все свои злодеяния. – Бершад швырнул Фельгору веревку. – Ладно, помоги мне установить катапульту.

Через полчаса орудие навели на городскую стену, видневшуюся среди деревьев.

– Ты точно рассчитал траекторию? – спросил Фельгор.

– Не-а.

– А я думал, что альмирских баронов с детства обучают управлять катапультами и прочим воинским искусствам.

– Мое военное образование пришлось прервать.

– Ах, какая жалость. По-моему, успех нашего плана целиком и полностью зависит от точности прицела. – Фельгор всмотрелся в стену. – Вот отклонишься вправо или влево, того и гляди напорешься на здоровенный сук.

– Все будет в порядке.