– А ты Джолан Фент из Выдрина Утеса, – продолжил Вард.
Джолан молчал. Под ложечкой у него засосало: уже давно его никто не называл полным именем.
– Откуда ты узнал?
– Оттуда же, откуда я узнал о твоей любви к свежезаваренному кофе по утрам.
Озирис постучал пальцем по стопке бумаг, перевязанной красным кожаным шнурком.
Джолан недоуменно наморщил лоб. Полное имя Джолана было известно немногим, из которых лишь один умел читать и писать.
– От Моргана Моллевана?
– Гм, быстрый и точный вывод. Видишь ли, каждый алхимик обязан направлять ежегодные отчеты о своих учениках в паргосские архивы гильдии алхимиков. Архивисты гильдии не особо интересовались этими отчетами, но алхимики обожают собирать любую информацию.
– Не верю, – сказал Джолан.
– Что ж… – Вард вытянул из стопки страницу и прочел вслух: – «Джолан прекрасно готовит лекарственные препараты и собирает целебные растения. К сожалению, ему недостает внимания к деталям, а его беспечное отношение к ведению домашнего хозяйства доставляет значительные неудобства. Например, по утрам он часто забывает приготовить кофе, что…»
Джолан сглотнул. Стиль мастера Моргана ни с чем не спутаешь. Джолан на миг представил, что вернулся к прежней спокойной жизни, и тут же устыдился своих мыслей.
– И что с того? – сказал он. – Морган Моллеван погиб, а я так и не стал алхимиком.
– Верно, – согласился Озирис. – Ты стал кем-то гораздо большим. Мне известно, что ты принимал участие в исследованиях Эшлин Мальграв. Половина устройств в ее теле создана твоими руками. Все это возникло в твоем уме.
– Я просто ее помощник.
– По-моему, ты говоришь это не из ложной скромности, а из вполне понятных опасений. – Озирис почесал сальную бороденку. – А знаешь, как умерла твоя мать?
Джолану не хотелось, чтобы Озирис отыскал в нем слабину и получил возможность им управлять.
– Она умерла, когда я был совсем ребенком. Я ее не помню.
– Ах вот как. – Озирис улыбнулся и подошел к двери. – Пойдем, я покажу тебе свою лабораторию. Мои последние опыты связаны именно с тем, что ты хорошо помнишь.
Вард привел Джолана в большую комнату, заполненную рядами стеклянных баков.