Бершад рывком притянул Симеона к себе и зашептал ему на ухо. Кочан не разобрал слов, но Симеон сразу же посерьезнел и кивнул. Он надел шлем и скрылся в ближайшем переулке.

– Остальные – за мной, – велел Бершад и зашагал по главной улице.

Не понимая, отчего Симеон должен действовать в одиночку, без поддержки товарищей, Кочан последовал за Бершадом. Впрочем, ничего другого ему не оставалось.

Они целеустремленно двигались по главной улице. Кочан вглядывался во все укромные уголки и подворотни, надеясь отыскать затаившихся врагов, но город словно бы опустел. Мирные горожане разбежались по домам и попрятались под столами или за креслами.

Еще недавно на улицах Незатопимой Гавани было полным-полно баларских солдат, наемников, неболётчиков и аколитов. Судя по всему, Озирис Вард действительно отправил всю свою армию укреплять власть в провинциях, ведь весть о разгроме армады в долине Горгоны наверняка уже разнеслась по всей Терре.

Они вышли на площадь, к которой вели семь улиц. Змиерубов поблизости не оказалось, поэтому воины-ягуары быстро заняли позиции, и Кочан огляделся. Именно здесь, посреди площади, не так давно высился громадный аколит. Кочан невольно вздрогнул, увидев, что это место по-прежнему кем-то занято.

Там стоял не аколит, а самый обычный человек, правда с длинными белоснежными волосами и в доспехах из черной кожи. С бледного лица странного типа не сходила усмешка, хотя он в одиночку противостоял целому войску.

Наверное, это Валлен Вергун. Больше некому.

– Приветствую, мои чумазые друзья, – сказал он, оглядывая противников. – Мне надо поговорить с Сайласом…

Бершад прикрылся щитом, перехватил копье на изготовку и помчался навстречу заклятому врагу. Вергун заулыбался еще шире, словно нападение драконьера доставляло ему невероятное удовольствие. Наверное, из-за того, что правая рука Вергуна внезапно превратилась в зловещий драконий коготь.

Бершад подскочил к Вергуну, но тот небрежно отмахнулся. Коготь ударил по щиту с такой силой, что драконьера отбросило назад. Бершад пронесся по воздуху над головой у Кочана и с грохотом приземлился где-то у него за спиной. Хрустнули сломанные кости.

– А ты, дурак, так ничему и не научился, – пробормотал Вергун.

– Пли! – заорал Виллем, целясь из арбалета.

В кожаный доспех Вергуна полетели два десятка арбалетных болтов и все тут же разлетелись на куски, будто сделанные не из железа, а из стекла.

Вообще-то, при виде человека, которому не страшны арбалетные болты, Кочан сбежал бы куда глаза глядят, но бомба под нагрудным щитком придала ему храбрости.