– Тогда почему я до сих пор жива?

– Не знаю, но благодарю за это небеса.

– А я их за это проклинаю!

– Твое право.

Мы выехали за ворота.

– Ты понимаешь, что твой поступок – неуважение к жертве той женщины? – спросил Горан. – Такие… происшествия укорачивают твою жизнь.

– Ее жизнь! – уточнила я.

– Пусть так. Но она с радостью отдала свою жизнь тебе. А ты хочешь спустить такой дар в унитаз?

– Я не смогу с этим смириться.

– Тогда просто живи, не смиряясь.

Ответить было нечего, поэтому дорогу до дома мы молчали.

– Саяна, пожалуйста, не поступай так больше! – умоляюще глядя на меня, попросил санклит, когда мы вошли в особняк.

– Не буду. – Я поднялась в спальню, закрыв перед его носом дверь, быстро собрала вещи в джинсовый чемоданчик – только то, с чем прилетела в Стамбул, и спустилась в холл.

– Не уходи, умоляю! – глухо сказал Горан.

– Я тоже тебя умоляла. Стоя на коленях.

– Я не мог поступить по-другому.

– Почему же?

– Потому что люблю тебя, родная!

– Это не любовь, Горан, а эгоизм. Сам говорил – одержимость. Ты думал не обо мне, а о себе. Именно поэтому ты так поступил. Ты не просто сделал меня санклитом, ты превратил меня в убийцу.

– Как доказать, что я люблю тебя? – он подошел ближе. – Все сделаю, только скажи!