Камёлё сжалась. Ей пришло в голову с помощью телекинеза отклонить камень в другую сторону, но, раз этот человек способен на такое, неприкрытое вмешательство он может заметить. Глеевари вжалась как можно глубже в тень. Она еще пыталась спрятаться. Однако землянин шагал прямо к ней.

Глееваринская невидимость – в привычном понимании вовсе и не невидимость. Это способ отвести от себя внимание; перенести его на второстепенные мелочи, так что, хоть глаза прохожего и уловят волнующее изображение, мозг оценит его как несущественное. Если возле человека, которого собираются обмануть, стоял бы заговорщик, который постоянно повторял бы ему соответствующие слова, иллюзия бы разрушилась. Землянину дорогу указывал его камень. И указывал ее точно. Камёлё чувствовала, как лозоходец продирается сквозь завесу обмана, которую она создала на его пути… как он фокусирует на ней взгляд и внимание.

Камёлё оценивала шансы. Убить его сейчас же. Броситься бежать. Заговорить с ним. Не успела она решить, он уже был в трех метрах от нее. Остановился. Маятник в его руке свистел как качели. Рё Аккӱтликс, неужели он совсем не боится? Он выглядел оживленным и энергичным, но молодым его не назовешь. Столько наивности она не ожидала.

Но тут же она поняла, что он об опасности даже не думает. Он пришел сюда легально: на исследования в выходные дни у него есть регулярное разрешение от земных учреждений. У полиции он получил ключ, которым разблокировал поле. Он не знает, что она тем временем сняла этот барьер полностью, и предполагает, что находится в закрытом пространстве, куда, кроме него, никто не попадет. Землянин видит аномалию, чувствует что-то странное – и ему даже не приходит в голову, что кто-то может здесь прятаться. Камёлё беспомощно покачала головой и встала на ноги.

– Приветствую, коллега! – прогудела она ему.

Помахала рукой и прошла мимо.

Внушение может весомо сбить с толку. Лозоходец стоял и смотрел на нее не веря своим глазам. Камёлё вызывала в нем чувство, что это совершенно нормально – что они друг друга откуда-то знают и что ее присутствие объяснимо и находится в границах возможного. При этом она следила за направлением его мыслей. Кого он в ней признáет, ту личность она и позаимствует.

– Паӱсуё?.. Не ожидал, что ты придешь, – ошеломленно сказал он в тот же миг.

– Пришлось, Эд. Хотела увидеть собственными глазами.

Камёлё уже вытащила из протонации и его имя; а тем, с какой естественностью она его использовала, подтвердила свою фальшивую личность, хотя и стояла на всякий случай спиной к нему, чтобы Эдгар Хэлесси не видел ее лица.