— Ну что, султан, все кончено? — Шасиана появилась из тьмы. — Не быть тебе Повелителем мира?

— Как ты смеешь! — он сжал кулаки, поднявшись.

— Я так ждала этот миг! — она бесстыдно скинула платье и тут же вместо ног у нее начали свиваться тугие змеиные кольца — черные, как и у Катиара. — Ты все потерял, все, все! Теперь мой народ отомщен! А ты стал никем!

Она метнулась к мужу, застывшему от осознания ее предательства, оплела его змеиным телом и вонзила зубы в шею. От места укуса тотчас же начало расползаться черное пятно.

— На трон сядет Аман, — прошептала она, баюкая хрипящего султана и пожирая его, умирающего, взглядом. — Мой сын, от Катиара! Я уже носила его во чреве, когда пришлось возлечь с тобой! Дитя от любимого! — она расхохоталась. — Змей, чистокровный Змей сядет на драконий престол! И тогда моя месть будет завершена!

— Я любил тебя, тварь! — просипел он.

— Ты всегда любил только власть! А моим уделом была ненависть. Каждую ночь ненавидела, проведенную с тобой!

Мужчина скривился, изогнувшись всем телом.

— Что, больно? — прошептала Шасиана. — Это еще только начало! Я специально ввела лишь малую дозу, чтобы ты мучился как можно дольше! Испытал хотя бы малую толику моих мук!

— Найяна! — крик ворвался в зал и отразился от стен.

Мой дракон подбежал ко мне, прижал к себе, а потом увидел Шасиану с умирающим султаном.

— Отпусти его, мразь! — он рванулся к ним.

— Мансур, стой! — я удержала любимого. — Уже поздно. И… он заслужил.

— Найяна! — мой супруг всхлипнул, прикрыв глаза.

— Все будет хорошо, — я прижала его к себе.

Когда мы оба снова открыли глаза, Шасиана как раз опускала бездыханное тело мужа на землю. Жадно всмотревшись в его лицо в последний раз, она подняла голову и скомандовала:

— Уничтожить их!

В зал ворвались гвардейцы султана. И огромная алая змея — Лусиана.

— Ясмар! — прорычал Мансур. — Ты все это время предавал моего отца!

— Я служу госпоже Шасиане, — тот ухмыльнулся. — А род Аманитов скоро канет в небытие!