Глава 44 Очищение огнем

Кристалл в центре поля уже вовсю пульсировал алым, словно всосал в себя все закатные краски с неба, которое наливалось ночной темнотой. По периметру зажгли факелы, но светлее от них не становилось.

Вокруг расползалась вполне ощутимая тьма, слизывая лица с людей, оставляя лишь темные пятна. Только султан и жрецы, стоявшие вокруг кристалла, не попали в ее власть — на их лицах алели отблески той силы, которая способна изменить, уничтожить и переродить этот мир.

— Начнем, магисса. — Султан указал мне на коврик, постеленный в паре метров от уродливого сооружения. — Твое место здесь.

Я послушно опустилась на этот коврик коленями. Вокруг меня, что-то монотонно бубня, начали накручивать круги жрецы. Все мое тело покрылось мелкими искорками. Я с удивлением смотрела на них, пока не ощутила покалывание внутри, которое быстро сменилось на довольно сильный жар, начавший расползаться из груди по всему телу, которое сияло изнутри. Что ж, значит, пора!

Я свела руки в молитвенном жесте, закрыла глаза и попросила о помощи ту силу, которой служили мои родители. А до этого их родители. И так вглубь веков. Теперь осталась только одна магисса — неопытная, глупая и не умеющая обращаться со своим даром.

Но ей так хочется помешать султану уничтожить этот прекрасный мир в угоду своим амбициям! И ради этого она готова отдать все, даже собственную жизнь!

— Найяна, держись! — чей-то крик влился в мои уши.

Я не сразу поняла, кто это. Распахнула глаза, перед которыми все кружилось и сияло, и смогла разглядеть только одно лицо.

— Мансур! — выдохнула нежно.

В тот же момент нежность, запылавшая в груди, влилась в тот жар, что властвовал во мне безраздельно, и…

Поток ярчайшего белого огня вырвался из меня, из самой сердцевины души, и хлынул вверх. Жрецы бросились врассыпную, но огромный кристалл, с натугой лопнув, посек их осколками.

Распустившись в ночном небе диковинной красоты цветком, мое пламя раскрылось, как бутон перед солнышком, поцеловало Вселенную и опало сияющим водопадом на землю.

Она вздрогнула, будто пробудившись от долгого сна, пошла глубокими зигзагами трещин, и наружу хлынуло оно — Священное пламя!

— Мансур… — прошептала я едва слышно, упав на чьи-то руки.

— Глупая, глупая девка! — шипением донеслось в ответ. — Что ты наделала?!

Я перевела взгляд на лицо, которое нависло надо мной.

Искаженное ненавистью, оно двоилось, проявляя драконью ипостась силы. В глазах, налившихся алым, протаяла черная игла зрачка. В руке появился кинжал.