- Так и должно быть,- ответил доктор Доу.- Ты должен помнить, Джаспер: нам стоит быть осторожными. Позволь мне самому говорить с мистером Портером, и не встревай. От того, как обернется эта беседа, многое зависит.

- Да-да,- угрюмо произнес мальчик. Сам он при этом думал о другом: если они общаются между собой незримо, то как это происходит? И вдруг мисс Кэрри́ди или еще кто-то из банка подключится к его голове?

- Ты понял меня, Джаспер?- Дядюшка строго поглядел на него.

- Да, понял,- раздраженно ответил мальчик и кашлянул – в горле зачесалось.

Потянулись минуты ожидания. Мисс Кэрри́ди будто и вовсе позабыла об их существовании. За столами клерк-мадам отстукивали печатями бумаги, стрелки часов над головой лениво ползли, пара человек присоединилась к очередям у касс.

Как ни странно, именно в очередях происходило хоть какое-то движение, и Джаспер и сам не заметил, как они завладели всем его вниманием. Всего спустя пять минут наблюдения мальчик уже представлял себе весь процесс.

Эти перетаптывающиеся люди с поникшими плечами крепко прижимали к себе картонные перфокарты. Когда наступала их очередь, они подходили к окошку и протягивали свою карту. Из окошка навстречу карте вырывались длинные механические пальцы, хватали ее и засовывали в большую машину, которая гудела, скрежетала и что-то просчитывала. После чего подключенный к этой машине автоматон-кассир чаще всего выдавал через раструб-воронку на месте рта: «Мистер Гражданин, внимание! У вас нехватка средств! Нехватка средств! Обратитесь, пожалуйста, к клеркам “Ригсберг-банка”, чтобы получить ссуду!». Тех редких счастливчиков, у которых средств хватало, также ждало оповещение. Им сообщалось, что «Наличие у мистера Гражданина денег – явление временное, и город таит в себе множество как угроз, так и трат. Чтобы обезопасить себя от них, ему стоит подойти к одному из клерков “Ригсберг-банка” для того, чтобы получить ссуду!».

Люди в очереди потели и дрожали, там и здесь раздавался болезненный кашель. Среди тех, кто стоял у касс, не было ни одного толстяка – напротив, у многих чернели круги под глазами, ввалились щеки – многие из них явно голодали.

«Жалкие неудачники,- подумал Джаспер,- вонючие отбросы…».

Мальчик почувствовал, как что-то забилось в нос, и чихнул. И вдруг поймал себя на том презрении, с каким глядит на этих несчастных. Он вспомнил, что рассказывал бывший банковский клерк мистер Пиммз, о том, что этих людей здесь зовут «безнадегами». И верно, они были буквально пропитаны безнадежностью и горем: их потертые пальто, пыльные шляпы, их осунувшиеся лица… он укорил себя за собственную злую и отвратительную мысль, которая появилась у него при взгляде на них. Неужели он действительно так подумал об этих бедолагах?!