Гремлин вытащил изо рта обточенный брусок и протянул его мисс Кэрри́ди. Та взяла и оглядела со всех сторон.
- Поразительно.
В руках у старшей клерк-мадам была точная копия ключа. Вот только пахло от него нашатырем.
- ’овно т’и минуты,- сказал Каркин.- Мне по’а. Мы пе’еходим к следующей части плана.
Мисс Кэрри́ди открыла дверь и, выглянув в коридор, выпустила гремлина.
- Вы должны подать знак,- напоследок сказал гремлин.
- Я помню. Удачи, мистер Каркин. Надеюсь все пройдет гладко.
- Ну еще бы, ведь от этого… зависит
Едкий, как шипящая кислота, гремлин шмыгнул в коридор.
Мисс Кэрри́ди закрыла дверь и «вернула» ключ на место, вглубь волос мистера Портера, после чего направилась к окну. Чуть повозившись со створками, она распахнула его. Старшая клерк-мадам банка отцепила крошечную серебряную брошь в виде ночной бабочки с внутренней части воротника и нажала на нее пальцами. Брошь ожила и, взмахнув механическими крылышками, устремилась в сторону крыши.
Мисс Кэрри́ди закрыла окно, поправила шторы и села в свое кресло…
- Если бы ты только мог знать, что их ждет, коротышка,- проговорила она с ядовитым презрением в голосе, после чего, взяв со стола бокал с вином, наклонила его, отчего вино полилось на пол – затем она просто разжала пальцы. Стекло со звоном разбилось, черная жидкость потекла по доскам, забираясь в щели, прямо как совесть мисс Кэрри́ди, затекающая в трещины души, чтобы навсегда остаться там.
***
Джаспер бежал к лестнице. Он пропал! Пропал, пропал, и еще раз пропал! Прямо, как исчезнувший одним осенним днем мистер Брыннь из старой детской песенки, от которого остались лишь пальто да пара перчаток.