Бенни уже даже позабыл, что идет запись, а цилиндр продолжает вращаться.

Человек на пустыре (Бенни про себя называл его «Неизвестный герой») тем временем схватился одновременно с двумя тварями. Газетчик восхитился его ловкости: Неизвестный герой уклонялся от гибких конечностей и клыков чудовищ, отпрыгивал и кувыркался. При этом он не забывал наносить удары – его оружие опускалось, отрубая щупальца одно за другим.

Твари пытались оплести его ноги, но он стремительно выскакивал из этих петель. Они пытались разорвать его своими жуткими пастями, но он был им явно не по зубам.

– Да! – воскликнул Бенни, когда одно из этих существ замерло дохлой грудой на поросшей бурьяном земле пустыря.

Неизвестный герой казался неутомимым и неуязвимым. В его движениях проглядывал выработанный и отточенный за годы навык, но что важнее – сам он выглядел, как… человек, которому есть, что рассказать.

– Интервью! Я должен взять у него интервью!

В среде газетчиков было в ходу выражение «печатная лихорадка» – оно описывало состояние, когда репортер поддается неостановимому желанию заполучить сюжет и бросается за ним в самую гущу событий, невзирая на опасность. Прежде Бенни никогда не поддавался печатной лихорадке, но сейчас в него будто что-то вселилось.

Недолго думая, он запустил двигатели «Слепня» и поднял его в воздух. Взять интервью прямо во время боя? Почему бы и нет!

Летательный аппарат, жужжа крыльями, понесся к пустырю.

Бенни не терпелось встретиться с Неизвестным героем, узнать его имя, а также выяснить, что это за монстры, которых он повергает на землю, и какой сорт табака предпочитает этот храбрый человек (читателей подобное всегда интересует).

«Слепень» подлетел к месту схватки и повис в воздухе. Бенни наклонил аппарат на нос, чтобы видеть происходящее.

Неизвестный герой появился в обзорном иллюминаторе, и репортер наконец смог разглядеть этого человека как следует.

– Да это же один из охотников клуба в Сонн! – выдохнул он, увидев песочный мундир и пробковый шлем.

Охотник стоял над двумя поверженными тварями. Он заметил присутствие Бенни Трилби и задрал голову, недоуменно уставившись на него сквозь круглые защитные очки. Видимо, он пытался понять, что это за странный механизм появился над пустырем.

Бенни начал снижение. Оказавшись в нескольких ярдах от охотника, газетчик включил усилитель голоса и заговорил в медный рожок, торчавший из приборной доски:

– Добрый вечер, сэр! Прошу прощения за беспокойство! Я из «Сплетни»! У вас найдется пара мгновений для интервью?

Охотник даже не стал снимать противоудушливую маску, почти полностью скрывавшую его лицо, а вместо этого замахал рукой, веля наглому газетчику убираться. Ничего – настырность не раз помогала Бенни Трилби получить желаемое и никуда улетать он не собирался.