– Я все правильно сделал, отказавшись вступать в вашу банду! – ответил Бикни. – Таких закоренелых мразей еще поискать: напасть втроем на бедную мисс! Еще и в праздник! Мне было бы стыдно быть свечником!

– «Бедная мисс»? – рявкнул Гриппин. – Да ты знаешь, кто это такая?

– Неважно! Отпустите ее!

Бикни сделал неуверенный шаг и поднял палку.

– Парни! – бросил Гриппин, наступив башмаком на грудь Зои, и свечники, отпустив мисс Гримм, ринулись к Бикни.

Тот вскинул палку и тут же выдал, что не представляет, что с ней делать. Один из свечников с легкостью увернулся от удара и стукнул Бикни кулаком в глаз – при этом очки Бикни разбились и слетели с носа. Другой тут же поставил воришке подножку и толкнул его на землю. После чего оба бандита принялись делать то, что они любили больше всего, – пинать свою жертву ногами.

– Сюда его волочите! – велел Гриппин. – Кажется, мистера Бёрнса ждут целых два подарочка!

Свечники схватили Бикни за шиворот и поволокли к экипажу.

Когда они подтащили его, Гриппин рывком поставил его на ноги.

– Внутрь ее! – приказал громила, и, приставив нож к горлу воришки, плюнул ему в лицо. – Никто не смеет выказывать неуважение свечникам, – прошипел он. – Как считаешь, босс не сильно огорчится, если я тебя сперва вспорю? Так, не сильно: шовчик тут, шовчик там… Или позволить боссу самому разделать тебя, как рыбу? Что скажешь?

Бикни сжал зубы, чтобы не расплакаться – твердостью характера он никогда не отличался. Да и как следует поразмыслить над предложенным ему выбором он не мог – в голове звенело.

Подельники Гриппина тем временем уже почти заволокли брыкающуюся Зои Гримм в салон «Трудса», но тут неожиданно кое-что произошло.

Чиркнула спичка.

Свечники переглянулись.

Звук раздался из-за экипажа. Оттуда же поднялось в воздух облачко бурого папиретного дыма. Тот, кто там стоял, закурил.

Гриппин кивнул одному из рыжих, и тот, отпустив Зои и вытащив из башмака нож, на цыпочках обошел «Трудс».

В тот же миг за экипажем что-то зажужжало, загудело, раздался липкий чавкающий звук, словно кто-то уронил пудинг, за которым последовало недоуменное «Мгм?!»

– Косоглаз?! – позвал Гриппин, но ему не ответили.

Зои Гримм рассмеялась, и громила почувствовал, как по спине вдруг побежали мурашки.

– Прощайтесь с жизнью, гадкие свечники! – крикнула она.