Господин Выдри, что бы о нем ни думали его подчиненные, самодуром не был. Он прекрасно знал все сложности процедуры, ведь когда-то ее лично разработал. Банк был в постоянном поиске тех, кто оказывался на краю, – неудачников, у которых не оставалось выбора. А когда такой неудачник отыскивался, агенты из особого отдела перекусывали последнюю проволоку (или, как это называл сам господин Выдри, «проволочку»), которая могла удержать потенциального безнадегу и дать ему надежду. Затем к неудачнику приходил лучший банковский всучиватель ссуд мистер Вермиттлер, непревзойденный мастер сыпать соль на раны, смещать акценты и внушать, внушать, внушать, что лишь небольшая ссуда (с очень маленьким процентом) исправит положение.

Что ж, мистеру Вермиттлеру за сегодня пришлось истоптать немало порогов. Да и Томмс, чего скрывать, потрудился на славу. Разумеется, господин Выдри считал это все в первую очередь собственной заслугой: хороший начальник всегда знает, как стимулировать своих подчиненных. «Не бывает непосильных задач – бывает неспособность в достаточной мере передать неукоснительность исполнения требуемого».

Томмс был исполнительным и трусливым – лучшие качества для работы под началом господина Выдри. Ему, правда, недоставало беспринципности, он был мягким, как подплавленный сургуч, но с этим глава Грабьего отдела мог смириться: пока одни руки сжимают чье-то горло, другие заполняют бумаги, а шестеренки крутятся…

Когда со стола мисс Коггарт пришли документы по «ссудопроизводству» на последнего безнадегу, господин Выдри, лично взялся заполнять Грабий список. Он не любил писать: все эти чернила, промокательные бумаги, скрипучие перья ручек… Но ему нужно было вписать лишь одно имя, заполнить лишь одну строчку и вырисовать лишь одну цифру в кружочке итога.

Выводя в книге «Хоренбон Тратч Ти, младший» (странное имя, ну да ладно!), господин Выдри со злорадством думал, как он обскакал этого хлыща Муни из Биржевого отдела. Шпион, засланный господином Выдри в Биржевой отдел, докладывал, что дела у Муни шли неважно: еще бы, ведь акции – такая непостоянная штука! Они имеют свойство внезапно обесцениваться, если запустить парочку неблаговидных слушков.

Господин Выдри уже подумывал, как забавно будет на Новогоднем ужине у мадам Ригсберг предложить Муни взять ссуду, чтобы поправить дела, когда до него донесся отдаленный грохот.

Это произошло так неожиданно, что господин Выдри дернул рукой, и с пера ручки прямо на страничку упала жирная клякса.

Проклятье!

Глава Грабьего отдела прислушался. Звук шел вовсе не из-за окна, как он сперва решил, а из банка – откуда-то снизу.