Но могли ли они знать, что тот самый Человек-в-красном наблюдает за ними прямо сейчас? Как бы они удивились (и некоторые точно рухнули бы в обморок), если бы подняли взгляд и увидели фигуру в красной шубе и колпаке с белой оторочкой в окне четвертого этажа дома № 17 на лице Тощих Кошек.

Прохожие торопились завершить дела перед праздником, они не задирали головы и не глядели на окна верхних этажей. Они не знали, что в этом тривиальном в своей обыденности доме происходят вещи, которые могли бы свести с ума весь Габен, узнай о них кто-нибудь.

Располагавшаяся на последнем этаже контора походила на небольшое почтовое отделение.

В воздухе витали запахи чернил и бумаги. Неярко светились лампы под круглыми зеленоватыми плафонами. Из рога граммофона вырывалась праздничная музыка – ей подыгрывал стук штемпелей.

Тук, тук, тук.

Почти все помещение занимали собой два ряда обтянутых зеленым крепом столов, за которыми сидели служащие в красных вельветовых костюмах-тройках и колпаках.

На столах громоздились горы писем. Клерки выбирали конверт из кучи, проверяли имя и адрес отправителя, а затем ставили один из трех штемпелей: «Важное», «Неважное», «Есть вероятность». После чего запускали конверт по специальному желобу в «Отдел шкафов» – крошечную комнатушку, в которой стояли, собственно, три больших вишневого дерева шкафа с соответствующими табличками на дверцах.

Горы писем на столах постепенно таяли, но их все пополнял клерк, ездивший между столами по узким рельсам на кабинетной дрезине с тележкой. Когда тележка пустела, он возвращался за новой партией к большому коробу, в который через трубу из «Отдела приема» (или попросту, с чердака) сыпались бесконечные конверты.

Работа кипела. Письма шли по маршруту: Короб – Тележка – Стол – Шкаф. И казалось, ничто не способно нарушить этот выверенный и исправно действующий механизм.

Служащие скрытого от любопытных глаз почтового отделения не поднимали голов, не смеялись, не обменивались едкими фразочками, не просились на перерыв. Они лишь четко и последовательно выполняли возложенные на них обязанности.

Распределение писем – это все, ради чего они были созданы. Совершенно одинаковые обладатели гладких, стертых лиц и скрипучих деревянных пальцев выбирали конверт из кучи, ставили штемпель, брали следующий конверт и так далее…

В конторе трудились куклы, ведь только лишь куклам мог доверять тот, кто всем здесь заправлял. Куклы – послушные, куклы – не болтают и не отлынивают от работы. Кукла не устает, а если она сломается, ее можно починить или на худой конец отправить в камин и заменить точно такой же куклой. С куклой в принципе не может возникнуть ситуации, когда она продает секреты своего хозяина в газету и ее приходится устранять…