Мистер Блохх кивнул на прощание и аккуратно прикрыл за собой дверь.

Звук шагов стих.

Тикали часы. Полли осталась одна, глупо целясь в дверь.

«Мой подарок? – думала она. – Это какая-то очередная уловка Блохха?»

Оставаться на месте было невыносимо, и она, убрав пистолеты, подошла к столу. Там и правда лежал конверт.

– Если там еще одна загадка, я его убью!

Но в конверте не было никакой загадки.

Полли развернула письмо, прочитала его содержание, и заплакала.

***

– Мистер Трилби, не хотите с нами встретить Новый год? – спросил мистер Слиппсон.

Бенни Трилби сидел за своим столом и молотил по клавишам. Он был так увлечен делом, и не замечал, что в печатном зале он остался совершенно один, как и полчаса назад не обратил внимания на то, как прочие репортеры задвинули стулья, погасили лампы на своих столах и разошлись, а Хатчинс напоследок пожелал ему «Счастливо скукситься!»

Сгорбившись над своей печатной машинкой, ведущий репортер «Сплетни» стучал по клавишам так долго, что пальцы его одеревенели, шея затекла, а буквы, появляющиеся на листе бумаги, начали сливаться в какое-то неразборчивое месиво. И все равно он не прекращал работы, бубня себе под нос: «Абзац!», «Вы еще пожалеете!», «Тройной отступ!», «Не с тем газетчиком вы связались!», «Абзац!»

Каретка стрекоча раз за разом отодвигается, отталкиваемая рукой Бенни, а потом снова ползет обратно. Рычаги танцуют, литеры впиваются в лист, а рядом на пепельнице в виде глазастой бронзовой мухи тлеет позабытая папиретка.

– Мистер Трилби! – повторил старый служащий газеты, и Бенни поднял на него удивленный взгляд.

– Что вам нужно, мистер Слиппсон?

– Все давно разошлись. До полуночи осталось пятнадцать минут.

– И что с того?

– Мы с парнями из линотипной собрались в каморке мистера Энджера. Не хотите с нами встретить Новый год?