— Ничего.

— Вот и не раздавай советы.

Минут десять ехали молча.

Дорога отодвинулась от моря, прижалась к горному склону, и очень скоро я понял, что мы едем по виткам серпантина. Асфальт был ровным, без выбоин, но никаких намёков на ограждение я не заметил.

— Тебе, наверное, скучно… со всеми нами.

Ветер трепал косу Маро.

Солнечный диск уже выдвинулся из-за горной гряды.

— Не поверишь, — хмыкнула бессмертная.

Пожав плечами, я достал из наружного кармана рюкзака «Артефакторику». Открыл на закладке и погрузился в чтение, выключившись из реальности минут на пятнадцать. Величие и красота гор хороши, когда тебе четырнадцать. Я за прожитые тысячелетия на всё это уже насмотрелся.

— Атлер!

Ираклий перегнулся через спинку своего кресла и уставился на меня.

— Ты книжку читаешь, братан?

Закрываю учебник.

— Вы посмотрите на него, — возмутился кучеряшка. — Вокруг такая красотища, а он читает!

Слева от нас потянулась малоэтажная застройка. Горы постепенно отодвигались от побережья, и серпантин превращался в обычную трассу.

— А кто-нибудь ездил в этот музей раньше? — поинтересовался Ираклий.

— Я ездила, — послышался голос Регины с переднего сиденья. — Очень необычное место.

— Это типа руины всякие? — предположил я.

— Нет, — возразила ботаничка. — После Предтеч не остаётся руин, если ты не в курсе. То, что они строили, не разрушается.

— Да ладно.