— Сдружился с этой сучкой? — прищурился Игорь.

— Мне надо с кем-то тренироваться. Она предложила, я согласился.

— Бесы, — Гриднев презрительно сплюнул на асфальт. — Не перевариваю.

— Почему? — удивился я.

— Никогда не знаешь, что у них на уме. Для них мы так, мусор под ногами. Тебя черви будут жрать, а она и не заметит.

К нам приблизился Ираклий.

Я заметил, что рюкзаки прихватили многие. Думаю, родители наложили туда еды в контейнерах и бутылок с водой.

— Привет, мальчики! — Регина помахала нам рукой.

— А где сидеть будем? — забеспокоился Ираклий.

— Да где хочешь, — пожимаю плечами.

— Давай наверху? Пойду занимать.

Возразить я не успел.

На открытой площадке можно околеть от холода, пока солнца нет. С другой стороны… скоро поднимется жара. Да и полюбоваться окрестностями я не прочь.

Ираклий с Региной, оживлённо переговариваясь, поднялись по трапу на второй этаж.

— Слушай, — меня посетила неожиданная мысль. — А почему она в школе учится?

— Кто? — Гриднев сделал очередную пометку в блокноте, заметив Барского и Верещагина.

— Маро. Ей же полторы сотни лет.

— Я тоже об этом думал, — Игорь внёс в блокнотик придурка с перебитым носом, которого звали Реваном, если мне память не изменяет. — Только ведь её род не жил в России.

— Она же мегрелка.

— И что? Во-первых, мать у неё мегрелка. Во-вторых, она погибла, а Маро живёт с отцом. Я не знаю всю эту историю, да мне и насрать. В общем, они ездили по миру, она где-то училась. Наверное. А, может, и нет. Потом вступили в клан Эфы. И девчонка решила учиться в гимназии.