Причём вся эта безвкусица собрала в разы больше публики, нежели концерт до этого. Фалайз, непроизвольно присевший в кресло, из любопытства желавший посмотреть, что будет дальше, вдруг сообразил, что центральная площадь битком заполнена народом.

«Ну ладно, посмотрю на фокусы или что он там будет показывать», — поддался своей лени дикий маг, устраиваясь поудобнее, предварительно убедившись, что никто не спешит его прогонять.

Первый трюк оказался удивительно прагматичным. Старец достал из кармана кипу листовок и равномерно разбросал их с помощью магии по всей округе. Судя по всему, это был не совсем хаотичный процесс, потому что одна из них долетела аж до Фалайза и немного прояснила суть происходящего.

Как дикий маг и думал, старец оказался фокусником. Называл он себя Веленбергербегом Великолепнейшим. Остальную часть листовки занимало довольно подробное, как для гипотетических ситуаций, перечисление различных несчастных случаев, которые могли постичь зрителей, и потому фокусник якобы не нёс за них никакой ответственности.

Дав каждому желающему время на ознакомление, Веленбергербег наконец начал основное выступление. Первым делом он создал у себя в руках сферу, размером с футбольный мяч, из яркого, белого света. Немного поигравшись с ней, продемонстрировав тем самым полный контроль, фокусник вдруг всего одним движением окружил сферу странной, синеватой плёнкой, кажется, это была самая простая вода. Но выглядело это всё равно безумно красиво, особенно, когда лучи всех оттенков синего, словно небольшие прожектора, касались города вокруг.

Вдруг Веленбергербег махнул рукой, и сфера, неторопливо вращаясь, взмыла вверх под удивлённые возгласы публики, зависнув над сценой, а у него в руках появилась новая. Эту он окружил пламенем. Результат вышел не менее впечатляющим и тоже сорвал овации. Всего фокусник сотворил десять таких шаров разных цветов, используя для этого различные стихии. Фалайза больше всего поразила сфера, ставшая излучать по итогу чёрный цвет — такое нечасто увидишь, особенно в игре, где законы физики и оптики не были пустым звуком.

Так управляться со всеми стихиями разом мог или очень прокаченный маг, или тот, кто не имел ограничений по поводу доступной магии, кроме отсутствия контроля над ней. И Фалайз нутром чуял, что там, на сцене, стоит его коллега по классу.

Казалось, что после такого Веленбергербегу уже нечем будет удивлять, но как выяснилось, это была лишь подготовительная часть выступления, пролог настоящего шоу. Создав последнюю сферу, фокусник вдруг вскинул вверх костлявые руки, украшенные перстнями, как во время молитвы. Повинуясь почти незаметному движению пальцев, разноцветные шары неторопливо двинулись по небу, начав свой завораживающий танец.