— Ты перепродал его, увидев толкучку перед ареной, — догадалась жрица.

— Между прочим, одна из самых моих выгодных сделок, — аж просиял торговец. — Как знал, что нужно было больше брать.

— Странно, что ты здесь один, — заметил Фалайз.

— Снекер и Лензор смотрят стрим. Точнее будут, когда начнётся что-то интересное, а не это крошево.

— «Крошево»? — насторожился Тукан.

— Вы же не думаете, что вас тут заставят весь день сидеть? Будут выпускать по две-три пары за раз. Часа за три закончится первый этап, ещё часа за два второй. Это, кстати, вам в минус пойдёт.

Теперь насторожилась и Фиона тоже:

— Та-а-к, рассказывай.

— Арену разделят на несколько участков. Меньше манёвра — меньше кислорода.

— Мы что, там можем задохнуться?! — воскликнул Фалайз.

— Ой, нубы, — тяжело вздохнул Горчер. — Нет, конечно, но бегать, отступать, маневрировать, короче, будет сложнее.

— Раз уж ты у нас теперь на побегушках, — жрица коварно ухмыльнулась, — сбегай, сделай на нас ставку, только не очень большую. Пару сотен, думаю, хватит. Мы «Ковры Бергама», если что.

Горчер замер в ожидании, но поняв, что денег ему давать не собираются, уточнил:

— Эм, а деньги?

— Возьмёшь из той суммы, что ты на нас заработал, — улыбка Фионы стала ещё коварнее. — Или подумай о том, где взять себе новый билет.

— Какая чёрная неблагодарность, — в сердцах оскорбился торговец. — Вот я к вам всегда по-человечески относился, а вы…

— А мы напоминаем тебе, что чем ближе к нашему выступлению, тем хуже коэффициент, а значит твой процент от ставки даст меньше, — прервала его Фиона.

— Процент? — мгновенно переменился в лице Горчер.

— Десять процентов.

— Ладно, теперь это звучит интересно, — не прошло и мгновения, а торговца след простыл.