Раздражённо сопя и скрипя зубами, Фалайз водил пальцем по карте, то и дело сверяясь с листком задания. Ориентироваться в Заводном городе было уделом сильных духом, терпеливых и качественно ушибленных в голову. Иначе понять что-то в этом нагромождении названий, туннелей, ярусов, лифтов, аллей, галерей и шахт не представлялось возможным. Не помогали ни память, ни врождённое умение ориентироваться, ни попытки спрашивать у местных, куда тебе нужно пройти.
За неделю пребывания в этой крышесносной локации дикий маг запомнил ровно один маршрут: от площади Шестерёнки, где возрождались погибшие, до отделения гильдии приключенцев, которое ныне было переделано в военную комендатуру. Удалось это сделать в основном потому, что эти две точки располагались в прямой видимости друг от друга, а ещё из-за того, что Фалайзу там ежедневно выдавали необходимые поручения.
Заводной город находился в осаде, и это был не просто речевой оборот. «Вольная компания» оказалась одной из последних групп игроков, которым удалось относительно беспрепятственно попасть внутрь.
Рахетийцы не сумели внезапным ударом захватить или повредить Северный туннель, однако не сдались и не отступили. Предприняв ещё три или четыре довольно хитроумные попытки взять горную крепость, они перегруппировались и сменили тактику. Бригада «Эдельвейс» рассредоточилась, заняла несколько ключевых высот в качестве баз и начала натуральную охоту на всех торговцев, следующих в Заводной город.
Это не было блокадой в полном смысле этого слова: отдельные караваны всё же умудрялись прорываться, однако число желающих попасть в столицу Механиков значительно поубавилось, тогда как покидающим город диверсанты как раз не мешали.