Всё это поставило Заводной город на порог масштабного кризиса, связанного как с недостатком всего и вся, так и пока вяло текущими боевыми действиями, шедшими в многочисленных шахтах и туннелях вокруг города. Кроме того, осаждённым откровенно не хватало рук, причём как живых игроков, так и ботов, которых массово и целенаправленно истребляли диверсионные группы рахетийцев, сумевших просочиться в город.

В такой ситуации меры военного времени не заставили себя долго ждать. Из города запрещалось вывозить имущество, деньги и рабочую силу. На тех, кто всё же решался покинуть столицу Механиков, накладывался огромный долг, который требовалось предварительно отработать.

«В целях улучшения контролируемости обстановки» была сначала проведена всеобщая перепись игроков, остававшихся в городе, а затем введена жесточайшая всеобщая трудовая повинность. Каждому жителю города предписывалось выполнять в день несколько поручений, общее число которых могло зависеть от множества факторов. Собственно, комендатуры, одну из которых как раз покинул Фалайз, организованные во всех районах города, именно для этого и предназначались.

Конечно, уклонистов и просто людей, не желавших превращать свою игру в не пойми что, нашлось огромное количество, и сложно было их в этом винить. Тем не менее, хоть и с оговорками эти меры сработали: Заводной город не сдался, не открыл ворота врагу, не впал в анархию, а продолжал жить.

Самому дикому магу всё происходящее скорее нравилось, чем нет, хотя вслух он этого не высказывал, опасаясь осуждения со стороны окружающих. Его логика была проста: хотя поручения были обязательны, за них всё равно платили, пускай скорее обещанием денег, нежели чем-то ценным. Работы при этом было много и самой разнообразной. Отдельный интерес представляли разнообразные сводки, донесения и прочая информация вокруг этой войны, которой полнился интернет — в ней можно было натурально утонуть, особенно если себя не контролировать. В конце концов просто участвовать в историческом событии было как минимум интересным опытом.

А вот с Туканом и Фионой Фалайз за прошедшие почти две недели виделся, а вернее, пересекался, не так уж и часто. Этому имелось как вполне житейское объяснение: к нему постучалась в двери учёба, вынуждающая посещать «Хроники» исключительно по возможности, да и у остальных имелись дела, так и игровое — групповых поручений город частным лицам не выдавал. Нужно было или записываться в дружину, как это сделал крестоносец и большая часть «Вольной компании», или вообще вступать в ряды армии Механиков.