– Он точно тебя не сожрёт? – спросила Сальма без всякой улыбки, когда первый раз увидела моего напарника.

– Нет, он знает, что я не вкусный, – ответил я.

– Просто у него вкуса нет, – ответила она, поправляя лацканы моего мундира. – Позови его на ужин, сегодня вечером.

– Он придёт не один, у него жена и четверо детей, – произнес я весело.

– Господи, придётся ещё столько же приготовить, – сказала Сальма, схватившись за голову. – Ты что, не мог найти напарника поменьше?

– Ну, некоторым достались напарницы. Молоденькие, худенькие и незамужние девушки, – издевался я.

Сальма оглянулась по сторонам и лихо сунула свою руку мне в брючный карман. Там её хрупкая ладошка сжало моё достоинство. Я вздрогнул, выкатил глаза и прикусил губу.

– Чувствуешь? – спросила она с довольной ухмылкой. – Оторву!

– Чувствую, – ответил я с надрывом. – Верю.

– Вот, – сказала Сальма, вытаскивая руку. – Ладно, пусть лучше темнокожий Халк будет твоим напарником. За ним хоть прятаться удобно.

– Какая ты злюка сегодня, – удивлялся я.

– Это токсикоз, – ответила Сальма. – Привыкай. Я ещё вяленую рыбу хочу сожрать, с колой. Не знаю, как себя остановить.

– Ни в чём себе не отказывай, – отвечал я. – Если что, схожу в туалет к Митчу. Он вчера прекрасные гладиолусы на участке высаживал. Надо бы удобрить старику цветочки.

– Пончик тебе с удовольствием поможет, – ответила Сальма. – Поехали домой, офицер Ривз. Вам ещё салат резать на ужин.

С того момента, в моей голове поселилось счастье. Всё стало налаживаться. Я нашёл себя в новой профессии, что мне нравилась, получал солидные деньги и готовился стать отцом.

Карл со своей семьей приехал вечером. Впервые я увидел перед своим домом резвящуюся ораву детей. Я снял ошейник с Понча, пёс с пониманием выдохнул и отправился развлекать веселый хоровод ребятишек. Младший тут же увидел в моей собаке ретивого скакуна и предстал степным ковбоем. Пончик наворачивал неспешные круги по газону, бросая на меня косые взгляды, а на его спине висел озорной мальчик, что кричал «Игого!» и радостно хохотал.

– Бриииивзи, – гнусаво протянул Карл и оголил белоснежные зубы. – Смотри какая красота!

В руках Карла был пирог с вишней, завернутый в фольгированную бумагу. Я пригласил их в дом, где уже во всю хлопотала Сальма.

Карл оказался весьма компанейским человеком. За столом он рассказывал много интересных историй, от которых хотелось и смеяться, и плакать.

Дети разносили дом. Пончик прятался под лестницей. Сальма улыбалась и беседовала с Лейлой о пирогах и прочей стряпне.