– А мне кажется, самое время потрепаться! Ну же Демпси! Расскажи мне о своих сопливых спиногрызах! Как там поживает твоя толстушка?! Может заедем к ней на чай, после учёбы?!

– Сэр, нет, сэр! – громко отвечал Карл, заученную до боли фразу.

– А почему твоя жирная жопа такая негостеприимная?! Ты что не рад познакомить меня со своей родней?! А?! Отвечай!

– Сэр, мы должны идти на занятия, сэр! – кричал Демпси в упоре лёжа.

– Ваши занятия начнутся, когда я скажу! Или вы умнее своего сержанта?!

– Сэр, нет, сэр! – отвечали мы на пару.

– Тогда сто отжиманий и бегом в спортзал засранцы! И пока вы отжимаетесь здесь, вся группа будет ждать вас, говнюков, в братском приседе!

Многие не выдерживали морального и психологического давления в полицейской академии. Часть из них ушла сразу, а часть провалила контрольные тесты. Однако, время шло. И чем больший путь делал курсант к заветному жетону, тем лояльнее относился к нему сержант. Я понимал, что для службы в полиции, необходимо выработать хладнокровие и выдержку. Особенно тем, кто никогда не находился в ситуациях с риском для жизни.

Сержанты всячески пытались подорвать моё внутренние спокойствие, но просто не находили таких слов, чтобы хоть как-то меня зацепить. В конце концов на меня попросту махнули рукой, понимая, что мою закалённую кожу не проткнуть швейной иглой. Я не дрожал, не суетился и не обижался. Подчинялся и не ломался. Слушал обидные слова в свой адрес с ехидной улыбкой, за что всегда получал двойную нагрузку на всех занятиях. Но всё это забавляло меня, тешило моё самолюбие и напоминало игру в разбойников и злодеев.

Я знал, что сержанты академии не видели того, что видел я. И скорее всего, никогда не увидят. Но они обязаны прощупать каждого, на предмет стойкости, иначе, слабовольный полицейский задрожит при первой же опасности, таких, как правило, не пытались исправить или чему-то научить, от них сразу избавлялись с печатью в личном деле о профессиональной непригодности для полицейской службы.

Только здесь я увидел, что чего-то стою, как человек. Что весь мой болезненный опыт, может мне пригодится. Все мои душевные травмы, что я когда-то получал на своём жизненном пути, превратились в полезные знания, с которыми я легко воспринимал и преодолевал тяготы курсантской жизни.

Через несколько месяцев курсант Ривз превратился в офицера. Нам торжественно вручили дипломы и новенькие, блестящие полицейские значки. Сальма впервые гордилась мной.

Тут же произошло распределение, по итогам которого, я оказался в бывшем участке Холла, получив в напарники парня, от которого шарахалась вся академия. Под массовыми сочувственными взглядами, я пожал медвежью лапу Карла с большим удовлетворением – Демпси был надёжным человеком, что не растерял искренность и честность под острым гнётом судьбы, что всегда режет добрые сердца на шрамы, превращая людей в озлобленный скот.