Поставив его спиной к монастырским воротам, настоятель с удовольствием толкнул его в спину, и тот упал прямо в дорожную пыль хохоча как безумный. Ринчен бежал за ним всю дорогу и плакал. Все остальные шли молча, боясь обсуждать увиденное. Поступок сей так шокировал его приспешников, что оба старых геше устыдились, а устыдившись отреклись от него. Когда Ринчен и Габэ подняли своего учителя под руки, уводя его прочь от монастыря, те двое остались, извиняясь перед настоятелем и другими почтенными. Маленький Тулку бежал следом. Харша взяла его за руку.

– Но зачем вы так, зачем? – Всхлипывал Ринчен. – Он вас ударил. Нам не следовало ходить сюда. Разве вы не могли просто отказать им, чтобы не ходить сюда. Ведь могли же, могли?

– Хватит нюни распускать. – Оборвала его Харша. – Этот настоятель и все остальные просто кучка идиотов. Они думают, что он пил бензин, они думают, что он наложил кучу вместо подношений. Да они просто ничего не понимают! Тебе должно быть их жаль.

– Ха, ребятки! – Проговорил гуру оправившись. – Зато мы выиграли время. Теперь-то уж нам никто не будет препятствовать.

Оставшиеся в монастыре геше со стыдом на лицах убирали экскременты со стола, проветривали залу, стирали, намыливая под ледяной водой, красную скатерть. Они сливали в общий чан, бывшую чистой и святой, оплеванную воду. Слезы катились по их щекам, пока они методично выполняли поручения настоятеля. Ни один из них не заговорил об этом. Они чувствовали себя преданными, а святость Учения поруганным. Они вылили загаженную воду под куст, и выбросили дерьмо в нужник. Большую часть ночи не могли спать, не могли смотреть друг другу в глаза. Читали молитвы, лишь бы не потерять веру, боялись, что Будда навсегда отвернется от них после того, как они замарали себя столь долгим поклонением лжегуру. Еле уснув под утро, они не успели разобрать панику, пробежавшую по монастырю. В воздухе раздавался дивный аромат благовоний. Это были не обычные монастырские благовония, в этом сейчас все были уверены. Необычайный запах шел из далекого мира богов, может из таинственной, скрытой от нас Шамбалы101, а может из чистых земель, но он был здесь и пронизывал насквозь все комнаты, залы и кухню. Он доносился откуда-то с улицы, и монахи бегали повсюду, пытаясь найти источник. Одно только ощущение этого запаха наполняло их радостью, прикосновением к высшему, чистому. Пока один не зашел в туалет по нужде. Этот источник запаха исходил из ямы с нечистотами, куда вчера геше выкинули последствия осквернения. В яме поверх кучи экскрементов россыпью лежали драгоценности и благовония. Монахи выуживали их по одному, удивляясь тому, что запаха нечистот не осталось. Украшения, хоть и лежали на горе из нечистот, были абсолютно чисты словно ничто не в силах их запачкать. Держа их в руках, они побежали к настоятелю, а старый геше схватил другого за бардовую накидку: