Визулинда смерила его спокойным взглядом.

– Вы предлагаете зарабатывать уважение как-то иначе? – насмешливо спросила она. – Предлагаете пускать впереди себя надёжных мужчин – чтобы все убедились в моей трусости?

Зугард вздохнул и опустился на своё место: несмотря на то, как сильно он волновался за любимую, всё-таки она была права.

– Только бы продержаться этот месяц! – сказала Визулинда. – Мне ведь нельзя короноваться раньше…

– Дурацкий закон! Можно найти лазейку, – возразил Зугард.

– Этим занимаются мои люди. Да и сама я теперь читаю Свод Законов перед сном…

– Если что – опять применим силу.

– Нужно действовать аккуратно. Я и без того уже почти узурпатор: едва ли могу объяснить общественности, почему держу генералов под стражей.

– А СМИ уже в курсе?

– Разумеется! Я почти сразу связалась с редакторами ведущих изданий. Теперь все знают, что Трисберт хотел стать военным диктатором – но его остановили отважные офицеры, и власть осталась в руках правящей семьи.

– Оно ведь так и было! Ну, если только с небольшими оговорками…

Влюблённые умолкли. В каюте воцарилась тишина.

– Я вот ещё чего опасаюсь, – прервал молчание Зугард. – Сейчас может вылезти какой-нибудь ваш племянник – сын дочери Сигриса Гордетольфа.

– Я издала манифест, заверила его в Исполнительной Палате и разослала его по всей империи, – отозвалась Визулинда. – Теперь я официальная наместница Брандомонда, а все, кто посмеет противиться моей власти, предатели.

– Надеюсь, в Исполнительной Палате не слишком сопротивлялись? – усмехнулся генерал.

– Немного – до тех пор, пока я не пригрозила новыми волнениями, – сказала Визулинда.

– Быстро же вы учитесь править! – воскликнул Зугард и, как бы опомнившись, спросил: – Кстати, куда мы летим? Неужели во дворец?

Визулинда кивнула. Зугард почувствовал странное волнение: лететь во дворец как к себе домой было для него в новинку.

– Приближаемся к дворцовой зоне, – сообщил пилот.

– Давайте включим камеры, – предложил Зугард.