Со стороны двери послышался грохот. Я посмотрела в том направлении, где петли были сорваны, а груда старых досок, оплетеных металлическими поясами, валялась на полу.
– Зачем ты устроил погром? – почти равнодушно спросила я у Аро, натворившего все это.
– Кому ты пишешь письмо?! – он был в ярости.
– Люциану, – честно ответила я, зная, что скрывать от вампира что-то бессмысленно.
Он протянул руку, требуя лист бумаги, исписанный моим крупным почерком, украшенным петлями и завитками. Я подала ему то, чего он желал, хищно разглядывая меня, следя за каждым моим движением.
Прочитав дважды текст, он вернул мне обратно послание.
– Неплохо написано. Даже очень, – заметил он. – Осмелюсь спросить, что тебя сподвигло на последний абзац? Неужели ты и впрямь решила навсегда отказаться от него?
– Я устала, Аро, – призналась я, откинувшись на спинку кресла.
– От чего?
– Я устала лгать тебе, ему, самой себе о том, что я нахожу счастье там, где его быть не должно, не может, невозможно найти! Я просто больше не могу вынести этого! Я обманываю сама себя! Люциан мне дорог?! Не больше, чем любой из твоих поданных, хотя бы взять Феликса или Деметрия… Я лишь хотела разбавить горечь своей вечности, своего бессмертия новыми эмоциями, ощущениями, попытками обрести настоящую себя, а в конечном итоге только больше запутала клубок пряжи, из которой мне ещё предстоит вязать свою судьбу.
– Ты должна отослать ему это письмо, – раздался решительный голос Аро.
– Кто поедет в Венгрию? – уточнила я.
– Можно отослать одного из новообращённых.
– Я отправлю Ника.
– Он способный малый, к тому же обязан тебе жизнью. Пусть исполнит это поручение.
Я завернула письмо в конверт, положила на комод. Аро вышел из комнаты, а через минуту здесь появился молодой вампир.
– Вы звали, госпожа? – поклонившись, произнес он.