– Я хочу убить Аро!

– Нет. Я этого не позволю.

– Почему?

– Он – отец моих детей, а значит, мой муж. Даже, если я его не люблю, это не значит, что с радостью встану на твою сторону.

– Я дам тебе несколько дней на раздумье. Через три ночи к тебе прилетит ворон, который был сегодня. Отправишь с ним послание. Достаточно будет одного слова: "да" или "нет".

– Я уже сейчас могу ответить. Нет.

Он подался вперёд, коснувшись губами моих губ. Я не почувствовала практически ничего, кроме навеянных памятью воспоминаний.

– У тебя есть три ночи. Не нужно говорить заранее.

В коридоре раздались чьи-то шаги. Люциан посмотрел в сторону закрытой двери, а после, обойдя стол, снова скрылся во мраке библиотеки. Я услышала скрип половых досок, затем петель, ведших в тайные подземные ходы Вольтерры, а после наступила тишина.

– Ты одна? – спросил Аро, войдя в помещение после осторожного стука.

– Да, – недовольно бросила я.

– Я могу с тобой поговорить?

– Нет. Я не хочу тебя видеть, – опасаясь за то, что вампир учует запах бывшего здесь ликана, отказала я.

– Дашь мне знать, когда будешь настроена на разговор.

– Я подумаю.

Он ушел, оставив меня со всеми своими страхами. Я ненавидела Люциана, который снова потревожил мой покой. Я боялась, что события снова начнут разворачиваться кровавыми бойнями, войнами между двумя могущественными существами и кланами. Я так устала от всего этого, что была готова повторить путь Сони, вышедшей днём перед народом под солнечные лучи. Пусть лучше Вольтури казнят меня, чем снова метаться между вампиром и ликаном!

Но мне суждено было пройти через новые испытания, решения, о которых я, быть может, однажды пожалею. А пока… Прошел почти месяц, и начался апрель, одурманивая ароматом распускающихся цветов.

Ворон, прилетевший через три ночи был отправлен мною обратно без ответа, что было предвестником скорого визита Люциана или кого-нибудь из его окружения.

В тот день я спускалась с верхнего этажа вниз, в тронный зал, к которому, перейдя мне дорогу в просторном коридоре между древних колонн, Хайди вела жертв на убой. Я последовала за ними, преграждая пути отхода.

– Это помещение перестраивалось лишь единожды с момента постройки данного здания, поскольку цели этой комнаты были изменены новыми владельцами и по совместительству обитателями замка, – громко произносила бессмертная экскурсовод, пока туристы оглядывались по сторонам, заметив на трёх величественных тронах прекрасных мужчин. – Раньше здесь принимали послов, знать, а сейчас – это столовая.