– Решай сам! Вся ответственность за клан и наши земли ляжет на твои плечи. И отвечать за урон придется тебе одному! – бросила я напоследок, удаляясь из зала.

– Если ты так боишься, можешь отправиться в дом своего отца! Туда волки точно не явятся! – крикнул он мне вслед.

Я в гневе вернулась в библиотеку, хлопнула массивной дверью и села в кресло. Через несколько мгновений я снова поднялась на ноги, меря помещение твёрдыми шагами.

"Если это правда, то Люциан захочет не просто стереть в порошок Вольтури, а отомстить лично Аро и мне, – думала я. – Также ему понадобятся наши территории, чтобы установить свою окончательную власть. Со смертными он не станет связываться. Они слишком пугливы, а значит, призовут Ватикан с их серебряными пулями… Это не выход для вервольфов".

Я остановилась возле стола и посмотрела в окно, занавешенное ночью. Оно уходило высоко под потолок, а начиналось на уровне моей шеи. Это была груда толстого стекла, поднимавшаяся под купол библиотеки. Справа и слева от него были два точно таких же источника света – днём, а тьмы – ночью.

На подоконнике со стороны улицы мелькнула крохотная чёрная тень. Я замерла, вглядываясь во мрак. Затем по стеклу раздались уверенные удары жёстким предметом.

Я подставила библиотечную стремянку к окну, приоткрыла одну створку, и в помещении показалась огромная мрачная птица. Это был ворон. Он воспарил над стеллажами, а затем, подлетев ко мне, сел на плечо.

В свете пары свечей, стоявших поодаль, мне удалось разглядеть на его лапе крохотную записку, сняв которую и развернув, я прочитала: "Ждите гостя, госпожа Вольтури"

– Ну, и кто тебя послал? – обратилась я с риторическим вопросом к животному, что прибыло ко мне.

Он лишь внимательно посмотрел на меня и недовольно каркнул.

– Ладно, так уж и быть, лети, – пересадив его к себе на руку, а после, поднеся к распахнутому окну, произнесла я.

Он взмахнул крыльями и скрылся во тьме Вольтерры, мелькнув черным пятном на фоне белого диска луны.

Я села в кресло, положив ноги на стол, взяла с его поверхности книгу, которую давно хотела прочитать, открыла первую страницу, где аккуратным готическим почерком были начерчены латинские слова.

– Кто же этот гость? – вернулась я мыслями к посланию, спрашивая тишину, окружавшую меня.

– Я, – раздался грубый мужской голос в темноте между стеллажей.

Я вгляделась в призрачное очертание, благо мои способности бессмертного позволяли мне различить силуэты в кромешной тьме.

– Как ты сюда попал? – уточнила я, не изменяя своей позы, понимая, что, если бы я была смертной, то моё сердце бы сейчас колотилось, как сумасшедшее, то ли от страха, то ли от страсти…