– Да и что гадать? Главное – что он мертв, – спокойно забасил Кимар, чье изорванное тело еще недавно не подавало признаков жизни.

– Так. Голова Сагелиоса, – напомнила демонесса.

– Я займусь ею, – вызвался минотавр.

Его мясницкие наклонности и наличие идеального средства для расчленения не вызывали споров о том, кто произведет грязную работу быстро и без смущения. Бык побрел в другой конец пещерного зала, где лежал мертвый эльф.

Успев немного отойти от трудного боя, Неамара впервые позволила себе осмотреться. Только сейчас она осознала, что все это время они бились при хорошем освещении, которое исходило от портала. Жестокое сражение не затронуло объект, что был построен задолго до становления известных ныне государств. Полукруглая величественная арка, проводник между миром духов и миром, имеющим материю, стояла непоколебимо и, как отметил ранее Америус, без присмотра бессмертных стражей. Внутри высокого каменного портала, словно водная стена, искажалось и пульсировало светящееся поле. Сагелиос все-таки сделал невероятное открытие, которое помогло ему в воплощении его опасной идеи. Запрокинув голову, воительница не смогла увидеть конца пещерного свода. Костяные стены скрывались в глубокой тьме. Возможно, где-то здесь, недалеко, есть телепорт, который вернет их наверх. От этих мыслей Неамару отвлек раздавшийся издалека голос.

– Черт! – воскликнул Кимар, проходивший мимо тела дракона. – Он двинулся!

– Кого ты обманываешь, старикан! – отреагировал на его крик Деос. – Может, это ты двинулся умом?

Но Кимар не соврал. Левое крыло дракона поднялось вверх. Творение Сагелиоса трансформировалось на глазах отряда. Красная чешуя сменилась на черную с редкими алыми полосами. Рога удлинялись и утолщались, а тело становилось массивнее и зарастало твердыми гладкими пластинами. Хвост сбросил наконечник и отрастил вместо него тяжелый игольчатый шар. Клыки дракона, до этого не выглядывавшие из закрытого рта, теперь высунулись наружу, пугая кровожадной формой. Из разинутой пасти разнесся рык. Казалось, даже голос зверя изменился, гортанное звучание тянулось низкими внутриутробными нотами. Вязкая слюна дракона растянулась между верхним и нижним рядами могучих клыков, создав ряд толстых струн.

– Боже… это не конец, – омраченно произнес Америус.

– Настроились, бойцы. Все как мы делали ранее, – с явным замешательством сказала Неамара.

Хелин вновь первой пошла на врага. Приманивая дракона, она успела заметить, что запутывать его стало проще. Он был не так поворотлив и проницателен, как раньше. Зато подбежавшим бойцам с оружием ближнего боя новое воплощение показалось не таким уж простым. Теперь его защита достигла совершенства, и зверю даже не приходилось отгонять от себя буйствовавших подле него воинов. Это можно было понять по выпущенным в него стрелам Деоса: если в алой чешуе они застревали, то от черных пластин просто отскакивали. Испробованная тройка проклятий Шивы и на этот раз не подействовала, поэтому горгона решила, что в ближнем бою она будет более полезна отряду.