– Осторожнее, я бросаю бомбу! – оповестил он членов отряда.

Воины послушно разбежались подальше. Первый снаряд прилетел ровно под лапу дракона. Бомба разворотила ее. Дракон склонился вправо, загнув под себя растерзанное запястье. Он повернул голову на обидчика, распахнув рот для встречной атаки. Облако внутри густело и готовилось поглотить шустрого задиру. Деос на опережение кинул взрывчатку прямо в пасть совершенного греха и подался кувырком влево от выходящего пара. Но дыханию врага уже было не суждено коснуться земли – бомба взорвалась прямо внутри его длинной шеи. Дракон окончательно пал, знаменуя о грядущем приходе нового греховного собрата. Голова зверя держалась чуть ли не на одном шейном позвонке, все остальное было разорвано в клочья. Америус уже стоял над драконьим телом. Оно медленно заращивало, казалось бы, непоправимые последствия полученных ранений. Шея обрастала тканью и покрывалась чешуей. Тупой конец посоха мага прервал процесс регенерации.

Настал очередной короткий отдых перед новым этапом. Грехи свесили головы вниз, стараясь прийти в себя после напряженного боя. Лишь Америус копошился в прикрепленных к своему ремню сумках. Вид мага вызывал особенное беспокойство. Черные круги под глазами, болезненный взгляд, слабость в пальцах, которыми он с трудом расстегивал мелкие пуговицы, говорили о том, что силы на следующее сражение у него вряд ли найдутся. Наконец он достал пузырек с темно-коричневой жидкостью.

– Глядите, наш алчный компаньон все-таки не удержался и вытащил свое самое крепкое пойло, – хмыкнул информатор. – Чифир где-то успел заварить.

– Это то, что я не хотел пить до последнего, но выбора нет, – утомленным голосом пробормотал некромант.

– Молодые листья махтуршта? – спросила у мага Шива.

– С другими добавками, – подтвердил он предположение змееголовой девушки.

– Ну и чем вам не чифир? – выдавил с усталой улыбкой Деос. – А он чем-то опасен?

– Перенасыщением, – укоризненно произнесла Фурия, видимо не одобряя такие методы.

– В общем, высокая концентрация этого снадобья восполняет запас маны, но окисляет организм, как яд, – объяснил соратникам Америус.

– Ты хоть раз его пил? – бросила на него настороженный взгляд Ферга.

– Лишь однажды. Все обошлось легкой формой интоксикации. Не переживайте, – ответил некромант, сковыривая ногтем крепко сидящую пробку. – К сожалению, я не могу с вами поделиться. Тут только на одного. – Эльф посмотрел на Фурию и Хелин, владеющих, как и он, ментальным оружием.

– Ты сильно ослаб, Америус. Мы успеваем восстанавливаться в течение боя, а вот ты беспрестанно расходуешь энергию. Я не претендую, – сказала ему Хелин.