– Хелин! – позвала она девушку, мелькавшую неподалеку.

Заклинательница остановилась рядом с позвавшей ее демонессой.

– Сделай так, чтобы дракон выпустил в тебя огонь.

Хелин послушно исчезла, выдвинувшись с поручением на первую линию.

Перед взором невнимательного зверя появилась девушка-призрак. Она не двигалась, давая дракону возможность безошибочно направить пламенную волну и накопить изнутри необходимый заряд. Угли вновь загорелись, будто бы их раздували кузнечные мехи. Порождение Гнева выпустило огненную бурю на заклинательницу. Щель между отсутствующими пластинами коры опять проявилась. Неамара присела и оттолкнулась от земли. Подхваченная крыльями, она подлетела к открывшемуся месту и всадила кинжал глубоко в сердце врага. Потоки магмы полились из поврежденного источника жизни. Предводительница вовремя вынырнула в момент его неминуемой кончины. Гневное порождение содрогнуло землю своим падением и подставилось под удар Кимара. Он свершил правосудие одним взмахом секиры.

Подошел долгожданный момент для короткого привала. Кимар притащил стоявшую в укромном месте наплечную сумку и зарылся в нее с фонарем.

– Я вдруг вспомнил, что положил сюда перед уходом запасную бутыль с водой, – не отрываясь, сказал алый бык.

Минотавр извлек круглую глиняную флягу среднего размера. Воды хватило с избытком на каждого члена отряда.

– Спасибо, дружище, это настоящее спасение, – чумазое лицо Деоса было настолько черным, что его медные глаза приобрели особую выразительность.

– Сейчас я понимаю, что очень рано выпил то зелье, – вдруг заговорил Америус. Он почесывал ладонь, на которой можно было различить оставшийся от посоха след. – Давайте договоримся, что в следующем сражении вы не будете так часто попадать под удар, а то, чувствую, я не дотяну до финальной битвы, – обратился эльф к соратникам.

– Постараемся, тем более шестой дракон будет тонкокожим. Остается его просто дружно затыкать, – уверенно сказал черт.

– Так и сделаем. Главное – не забывайте, что его дыхание, скорее всего, будет ядовитым, – предостерегла воинов Неамара.

Трепыхания дракона всполошили бойцов. Шестая фаза, имеющая прямое отношение к горгонскому виду, затушила до конца остывающие угли предшествующего греха и отряхнулась от сходившей с его поверхности коры. Оголенное сухое тело не набрало мышечную массу, а тут же покрылось зеленой чешуей, подтверждая догадки отряда. Когти значительно удлинились, завершившись тонкими иглами с проступающим ядом, который шипел и разъедал костяную почву. Желтые хищные глаза вспыхнули странным неугасающим светом. В приоткрытой пасти зверя клубился едкий дым.