«Неамара… после всего, что мы прошли… ты прошла. Твоя жизнь не должна оборваться так трагично… и не здесь», – некромант вобрал в себя магию. Посох засветился. Он ударил его основанием о землю.

«Кимар. Ты настоящий боевой товарищ и друг. Не представляю нашу команду без тебя. И тот путь, который ты проделал… Я не могу позволить столь близкому к искуплению начинать все заново».

Еще один удар – и еще один оживший соратник.

«Тебе повезло, Деос. Я мог бы сейчас с тобой распрощаться, но… ты будешь жить. Неамара посчитала бы мой поступок преднамеренным, и, скорее всего, она бы мне этого не простила».

Третий член отряда был спасен.

«Еще чуть-чуть… – Америус качнулся вперед, устояв лишь только благодаря посоху. – Никогда не расходовал столько сил. Шива. Наши отношения изначально не заладились, но я привык к тебе. Я понимаю причину твоей боли и закрытости. Пусть повторная попытка продолжить жизнь в этом теле будет к тебе более милосердна».

Фурия получила свою душу обратно.

«Это конец. Еще одно воскрешение – и уже некому будет воскрешать меня. Кто-то один из них… Ферга или Хелин? Ладно. Надо сделать этот выбор. Ферга. Тебе все же придется понести меня на руках после этого…»

Паучиха уже была в рядах воскрешенных.

Но вновь голос совести терзал его разум: «Да кто ты, черт возьми, Америус, такой, чтобы вершить судьбы других? Ты слишком алчный! Открой дополнительный источник силы, который ты утаил от себя из-за собственной жадности. Смерть – это нестрашно. Умереть героем лучше, чем продолжать существование эгоистичным трусом».

Ожившая первой Неамара умоляюще на него посмотрела. Она понимала, что он не выживет после следующего заклинания. Он еле поднял глаза на Хелин и увидел боковым зрением, как Неамара движется к нему. Маг опирался на посох, почти теряя сознание. Из носа хлынула кровь. Руки предательски задрожали. Колени подкашивались, но он продолжал стоять. Он зачерпнул остатки энергии, а вместе с ней и жизненные силы. Навершие заморгало. Удар посохом. Он поймал нить.

«Хелин вернется, – с этой мыслью Америус сполз по посоху вниз. Глаза смыкались. Невозможно бороться. И – тьма. Вот, оказывается, как выглядит конец…»

Неамара подбежала к упавшему Америусу. Он не подавал признаков жизни. Она уложила его к себе на колени. Тело безвольно повисло в ее руках.

– Живи, Америус, живи… Живи, прошу. Глупец, что же ты наделал?! – тряся тело эльфа, всхлипывала Неамара.

Бесполезно. Он погрузился в вечную немоту. Душа вылетела из его тела и ринулась вверх, к поверхности Костяных хребтов.

Кимар положил руку на плечо предводительницы: