Покопался в широком поясе, надетом под майкой, и достал пакет, который мне передал Сергей Иванович. Ага! Документы! Зелёная книжица с чёрным гербом и надписью «Паспорт». Открываю. Эге-ж! Я Бобровский Юрий Владимирович, 1954 года рождения, родился в городе Мары Туркменской ССР, социальное положение: учащийся. Отношение к военной службе: призывник. Паспорт получен в городе Ровно Украинской ССР, на основании свидетельства о рождении… Проверяю свидетельство о рождении, номер и серия совпадают. Что приятно — и паспорт и свидетельство о рождении слегка потрёпаны, но в меру. Видно, что их владелец человек аккуратный, но пользоваться документами приходилось часто. Любопытная деталь: на первой странице паспорта подпись владельца. Это моя собственная подпись! Даже такую мелочь предусмотрели. Дата выдачи: 1969 год. Листаю дальше: прописка: прописан в городе Смоленске, в/ч номер, дом офицерского состава. В паспорт вложен аккуратно сложенный «листок выбытия», в котором отмечено, что я выезжаю по месту получения образования. Всё правильно: паспортная служба обязана поставить меня на учёт и отослать этот листок по месту прежнего жительства. Дальше: справка формы 086-У, с отметкой всех анализов и резолюцией: здоров.

Идеальное прикрытие: сын военнослужащего, помотавшегося по стране, нигде долго не жившего, и по большому счёту, не знающего реалий мест, где жил. Могу рассказывать всё что угодно, в основном опираясь на собственный опыт.

Теперь задача номер раз: изменить внешность. Эту задачу я решил в ближайшей парикмахерской: мои длинные волосы, «под Дина Рида» укоротили почти вдвое, получилась канадская полька, с зачёсом вправо. Виски сделали прямые. Парикмахер, женщина под пятьдесят лет, с отечными ногами, работала быстро, вопросы задавала коротко и исключительно по существу. Впрочем, понятно почему: как только я встал из кресла, парикмахер устало опустилась на стул и вытянула ноги. Далее мой путь лежал в магазин одежды, где я подобрал себе скромные, неброские вещи массовых моделей. Единственное, что я не стал менять, так это обувь. У меня достаточно непростая нога, и моя обувь индивидуального пошива. Впрочем, выглядят мои туфли вполне скромно. Не стал я менять и сумку: точно такие же я видел и в Москве, и здесь, в Калинине. Переоделся в ближайшем пустующем здании, и свои старые вещи бросил там же: пацаны или алкаши растащат, и концы в воду.

Пошел гулять по городу, и на площади Ленина, напротив Исполкома, обнаружил шикарный книжный магазин. Естественно, зашел. Ну как не покопаться среди книжек? А в книжном, по какой-то прихоти владельца, завелся маленький отдел под вывеской «Артель „Оптика“». Довольно большой стенд с оправами, мастер в голубом комбинезоне с лейблом «Оптика» на спине, и девушка в белом халате с таким же лейблом на кармашке. А почему бы не воспользоваться? Подхожу.